Версия для слабовидящихВерсия для слабовидящих
Зелёная лампа
Литературный дискуссионный клуб
Лазарева, Мэри. Конец культурного года: полный театр // Наблюдатель-online. – 2019. – 13 дек. (№ 50). – С. 14-15.

КОНЕЦ КУЛЬТУРНОГО ГОДА: ПОЛНЫЙ ТЕАТР

Не в смысле, что полные залы (с этим как раз, кроме премьер на Спасской, в Кирове большие проблемы). А в той небывалой активности, которую в минувшие дни развили альтернативные, любительские движения и коллективы. Итак, по порядку.

Лазарева, Мэри. Конец культурного года: полный театр
«Ворона обыкновенная» — победитель фестиваля читок.

Всю прошлую неделю на трех независимых площадках проходили читки пьес в формате современной драматургии. То инициативная группа театральных деятельниц под руководством Евгении Тарасовой уже третий год проводит благотворительный фестиваль читок «Вы. Мы. Слы» — сборы идут на подарки к Новому году слабовидящим детям. За время подготовки нынешнего в конкурсную комиссию прислали аж 50 пьес из самых разных мест РФ и даже из-за рубежа. Творческие силы, как давно замечено, переполняют наш народ невзирая на все социально-политические проблемы, снижение жизненного уровня и востребованности театрального искусства со стороны массового зрителя. Из 50 текстов отобрали 8, и силами различных любительских коллективов минимально театрализовали. Получилось интересно, вопреки опасению, что после профессионально подготовленной и только что прошедшей лаборатории «Избранное» при «Театре на Спасской» это будет восприниматься как треш. Ровно ничего подобного.

А кто ещё, и главное — где, вслух расскажет об этом?

Современная драматургия умело и со вкусом описывает болезненные явления в жизни маленького человека, не спекулируя на этом и не упиваясь безобразным (по крайней мере у тех авторов, чьи тексты были отобраны). При этом наиболее актуально, на наш взгляд, прозвучали пьесы о детских проблемах, они реально взволновали и обозначили (в обсуждениях) мейнстрим материнских чувств и мыслей по поводу их решения. Папаши-то обычно не ходят либо отмалчиваются. И совсем не случайно, совпав с приоритетом наблюдателя, в лидеры конкурса вышла пьеса «Ворона обыкновенная» (имена авторов открыли только при подведении итогов, где нас не стояло) детская студия при «Театре на Спасской» под руководством Н. Красильниковой и Н. Сидоровой, построенная на диалоге двух школьниц — «ворон» белой и обыкновенной. Обе довольно несчастливы, обе без отцов и пробиваются в жизни как могут: одна метит в сверхчеловеки и спасается книгами, другая простушка — мелко лебезит перед одноклассниками, сплетничает и предает подругу, та хочет наказать ее, но в итоге передумывает — свет в конце туннеля. Очень талантливо поработали девочки-студийки, даже прибегнув при разборе характеров к помощи психолога, такие умницы. Там и яркий сленг тинейджеров, и внутренняя напряженность короткого сюжета, и скрытая жестокость детских коллективов в снятом виде.

Еще один текст на эту тему — «Что касается костей» (о бедолаге-третьекласснике, тоже без отца, попавшего в жернова вражды безжалостного тренера по футболу с пробивной мамашей, стоящей на страже собственных финансовых интересов и затем уж ребенка). Обсуждение вполне типического сюжета было очень бурным, а в итоге никто из мам не осудил брутального футболиста: что делать, это жизнь, и это сильные мужчины как таковые и как образец маскулинности. Их мало, им подчиняемся и всячески бережем, а бедный ребенок — ну что ж, ему остается приспосабливаться к жестокостям. Или сломаться. Это, поверьте, очень страшный текст. Он поднимает общую проблему вброшенности маленького и пока что хорошего человека (тем более без отца) в современный мир, где ему никто не поможет.

Трагизм его положения не идет ни в какое сравнение с личными драмами, коих озвучено несколько. И опять же обсуждение было крайне занимательно. В том смысле, что напомнило обстановку «Дома-2» или телевизионных ток-шоу: эмоции дам били ключом, оценки нюансов мужеско-женского поведения изумляли психологической подкованностью зрительниц, одним словом — задело. Хотя другая пьеса об отношениях («Из жизни человеков», авторский театр Алексея Хорева) была построена как раз на предельной толерантности молодых и пожилых участников любовной коллизии: они без проблем и без претензий друг к другу выходили из одних отношений и невозмутимо входили в новые. Понятно, что ключом к такой постановке вопроса может быть только юмор, ирония и прием отстранения. Это не жизнь, игра. Но забавно, повеселили.

Знаменитый в Кирове театр «Кактус» Катерины Лучниковой, в лице одной его участницы, талантливо озвучил архетипический текст «Фобия», который сначала воспринимался как безудержная психопатология в исповеди молодой женщины, затем неожиданно перешел на уровень реальности: эта вещь о гуманизме и помощи людям, и она достаточно убедительно сыграна. Чтобы не зацикливаться на личных драмах, вне конкурса была прочитана пьеса «Республика» о русских мигрантах из восточных республик, построенная на документальном материале. Читал тоже «Кактус». Мы столь подробно описываем событие, потому что все его участники этого, безусловно, заслуживают: своим бескорыстным и вдохновенным служением искусству, практикой благотворительности, сочувствием к маленькому человеку. И, опять же, хочется дать урок тому, кто безответственно заявляет, будто в нашем городе культура деградирует и ничего интересного не происходит. Наблюдатель свидетельствует об обратном и подчас не успевает отследить и описать все достойное упоминания.

Лазарева, Мэри. Конец культурного года: полный театр
Иногда декорации лучше спектакля («Дубровский»), «Театр на Спасской»

Вспомнить всё — о костюмах, афишах и декорациях

На неделе же в Выставочном зале открылась красочная экспозиция из истории кировских профессиональных театров. А поскольку от живых спектаклей во времени остается, в сожалению, только их материальный носитель, то восстанавливать прошлое придется по костюмам и декорациям. Коих собрано из двух театров, имеющих свои музеи, а вот на Спасской такового нет. Куратор выставки расскажет много любопытного и познавательного, но даже и на первый беглый взгляд есть чему порадоваться. Ну например увидеть роскошные афиши и эскизы декораций, сделанных Аркадием Николаевым и Александром Мочаловым для кукол и ТЮЗа, в то давнее время когда они еще числились художниками театральными.

Всеобщий интерес вызывает развеселая графика Елены Авиновой (с текстами на полях) к культовому спектаклю «Так-то да», беззлобно и талантливо высмеявшему наш город, язык его обитателей и некоторые духовные ценности в эпоху питерца Бориса Павловича (номинированному даже на «Золотую маску», да не вышло — было много «лексики», которую из готового спектакля вычистили. А жаль, в нем, как нигде более, она была органична и символизировала лишь здоровое единение творческой интеллигенции с трудовым народом, который вырос на чепецком аммиаке). Графика — бесподобна и возвращает ко времени конца нулевых и лично Б.Павловича, которое в театре да и в городе многие вспоминают как невозвратно ушедшее.

Открытие выставки возвестило лишь самое начало творческих встреч и дискуссионных практикумов на тему современного театра, в том числе и «независимого». Так, уже в минувшее воскресенье режиссер авторского «LiveТеатра» Алексей Хорев вместе с Марией Повышевой зачитали мемуары, родившиеся в самое последнее время, от артистов весьма давних лет. Один из них, Михаил Меркушин, проведший в кировском ТЮЗе два года в начале 90-х, оказался тот самый милейший «господин Ибрагим», что своими выдающимися человеческими качествами невольно сделал из одинокого молодого еврея — счастливого мусульманина (только что прошли гастроли Казанского ТЮЗа. Кстати, хорошего артиста Ирека Галлямова этот театр тоже нынче забрал себе, вот такие еще параллели, не очень-то радующие). А другая мемуаристка, Елена Гайсенок, приглашенная в Киров на работу в редкостном амплуа «каскадной субретки», и вовсе играла здесь лишь сезон в самом начале 80-х, а сейчас проживает в Рио-де-Жанейро, полная благодарности своему первому театру.

Их воспоминания — о времени и о себе, когда все они были молодые-отвязные, о театре в пору его расцвета времен Клокова, как все это было здорово и прикольно, и дружески, без жлобства и нездоровой конкуренции.

А впереди в декабре еще много всего — и лекция Катерины Андреевой о роли художника в современном театре, и монологи заслуженных артисток Драмы, и рассказ кукольников об эпохе Анатолия и Вадима Афанасьевых, и обещанные высокоумные «практикумы». Не говоря уж о громкой премьере в конце этой недели на Спасской — «Затворник и Шестипалый».

«ЛЮБКА./ЛЮБОВЬ». ТЕАТРАЛЬНЫЕ ВЕЧЕРА В ГЕРЦЕНКЕ

Второй день текущей недели завершился приобщением к высокому искусству сцены, уже вне «Вы.мы.слов» и на площадке не специфической — в библиотеке Герцена. (Далее везде, ибо у ценимого гурманами учебного театра «Кактус», а это опять был он, нет своего помещения, равно как и спонсоров, и какого-либо финансирования извне). И опять они, создатели авторской версии «Леди Макбет» — титульная работа «Кактуса» — нас удивили, да еще как!

Лазарева, Мэри. Конец культурного года: полный театр
Мария Ерхо и Мария Антропова

Переформатировав житейскую историю Дины Рубиной под названием «Любка», написанную на конкретно-историческом материале про сталинские репрессии, послевоенную нищету и дело врачей-убийц, в вещь почти что притчевую, вневременную, символическую — о любви как таковой, что и следует из названия. Из сюжета удалено все житейски-описательное, зато добавлено сумасшедшинки, поведенческого и пластического абсурда в обращении с бытовыми предметами, и случайный союз двух молодых женщин — беззащитной врачихи, дочери врага народа Ирины Михайловны (да еще с маленькой Сонечкой) и лихой воровки Любки из бывшей кулацкой семьи — рождается как будто на пустом месте жестокого мира, жестокого века. Но они не теряются в нем, а, крепко ухватившись друг за друга, дотягивают до дня, когда дыхание «Чейн-Стокса» остановилось и усатый вождь кончился. Зато жизнь, наоборот, стала постепенно возвращаться к запуганным и затравленным властью. Почуяв вольные ветры, Любка сразу же устремляется на свободу, пути девушек расходятся, а вести друг о друге прилетают бумажными птицами.

Лазарева, Мэри. Конец культурного года: полный театр
Мария Ерхо и Мария Антропова в смирительных костюмах и без

Чисто сестринские отношения (кстати, представительниц двух плохо совместимых социальных групп — интеллигентки и воровки) здесь хрупче хрупкого и крепче крепкого. Спасает лишь объятие, сплетение тонких рук в мире, где практически нет мужчин. Изумляет, как всегда, умонепостижимое мышление режиссера, что собирает свои тонкие миры из взаимодействия с немногочисленными предметами и ооочень странными костюмами героинь. А в итоге образы намертво впечатываются в сознание, хотя потрясенный зритель не в силах что-либо сказать по окончании спектакля. Умеет Катя Лучникова сотворить чудо из подручных материалов.

А в более общем контексте что это было? Любовь спасающая, человеческая — против плотской страсти, которая убивает и разрушает (в «Леди Макбет»).

Мэри Лазарева

Назад | На главную

џндекс.Њетрика