Возрастное ограничение 12+
Режим работы библиотеки Версия для слабовидящих английская версия ВКонтакте Фейсбук Ютьюб Инстаграмм
 

Новости
Календарь событий
О библиотеке
Ресурсы
Издательская деятельность
Почетные читатели
Читателям
Коллегам
Наши партнёры
Гостевая книга
Форум
Контакты
Конференции — 2019
 
Электронный каталог
Электронная доставка документов
Спроси библиотекаря
Продление онлайн
Комплектуемся вместе
Библиотека предлагает
Книжный киоск
Списанные книги
Вятская книга года

Результаты голосования «Читательские симпатии»
***

Итоги конкурса «Гуманитарная книга—2018»

***

Международный конкурс #ПушкинLike: читаем Пушкина на языках народов мира

***

Независимая детская литературная премия «Глаголица»

***

V Всероссийский конкурс личных достижений пенсионеров в сфере компьютерной грамотности «Спасибо Интернету — 2019»

***

Конкурс «Моя история»
Программа проведения обучающих занятий

Летний режим работы отделов библиотеки
***

Приобретение новых книг на портале «ЛитРес» временно прекращено. Перечень доступных для выдачи электронных и аудиокниг

***

23 августа — презентация книги Вячеслава Юрьевича Ашихмина «Ветер памяти моей» (Киров, 2019)

***

27 мая - 30 августа
Конкурсно-развлекательная программа для детей на время летних каникул

***

8 сентября (Вс.) в рамках «Клуба позитивной психологии» лекция «Выправление судьбы»

Рекомендуем к просмотру

***

Из новых поступлений

Седьмые чтения по классическим древностям

Седьмые чтения по классическим древностям: скифы возле Тартара и пермский звериный стиль

10 декабря 2012 г. в помещении Лекционного зала Библиотеки имени А. И. Герцена состоялись Седьмые чтения по классическим древностямForum amicorum antiquitatis»).

Предыдущие, Шестые чтения состоялись 8 июня 2012 г. Тогда прозвучал доклад главного библиографа отдела краеведческой литературы Библиотеки им. А. И. Герцена Андрея Алексеевича Маркова «Что нового можно сказать о Спартаке?», после чего выпускник исторического факультета ВятГГУ, режиссер ГТРК «Вятка» Алексей Александрович Фоминых представил свою подборку монет Боспорского царства.  

А ещё раньше, 16 мая 2012 г., в библиотеке прошли Пятые чтения. Тогда выступали член Русского географического общества Сергей Владиславович УховАнаньинская культура и античность») и кандидат исторических наук, доцент Института МГЮА в г. Кирове Владимир Николаевич ДряхловК вопросу о возвращении знамён Квинтилия Вара»).

На этот раз в Лекционном зале собралось около тридцати человек, среди которых было много студентов разных учебных заведений города. Выступали кандидат исторических наук, доцент Вятского государственного гуманитарного университета, главный библиограф Библиотеки имени А. И. Герцена Владимир Анатольевич Коршунков и кандидат филологических наук, сотрудник Центра типологии и семиотики фольклора Российского государственного гуманитарного университета (Москва) Евгений Николаевич Дувакин.

Доклад В. А. Коршункова

В. А. Коршунков озаглавил своё небольшое выступление так: «Поблизости от Тартара: русские как скифы, роксоланы, рутены».

Он говорил о том, как в средневековой, да и более поздней историографии восточных славян и русских стали называть античными наименованиями, сравнивая или даже отождествляя их со скифами, роксоланами, рутенами. Как уже довольно давно было установлено, скифы и роксоланы – древние народы иранской группы, а рутены – кельты. То есть к славянам они прямого отношения не имели, разве что некоторые из них жили в Северном Причерноморье, где гораздо позже жили и восточные славяне. Скифы были самыми известными из древних обитателей Северного Причерноморья, да и само созвучие слов «роксоланы», «рутены» и «русские» («россияне») казалось тогда достаточным. В устах западноевропейских авторов, именовавших русских такими античными псевдонимами, эти отождествления означали приписывание русским признаков дикости и жестокости. Сами же отечественные писатели и историки использовали такие вот классицистические, книжные шаблоны, чтобы подчеркнуть исконность, древность, самобытность своего народа, да ещё и старались перетолковывать собственное «скифство» в положительном смысле.

Начало доклада Е. Н. Дувакина

Е. Н. Дувакин, основываясь на подготовленной им компьютерной презентации, сделал обстоятельный доклад на тему: «Пермский звериный стиль и древнейшие сибирско-североамериканские связи в области иконографии».

Слушатели узнали о результатах работы по выявлению этнографических аналогий урало-сибирским бронзовым изображениям второй половины I тыс. до н. э. – начала II тыс. н. э. и выяснению дистрибуции четырёх близких мотивов, центральное место среди которых занимает «Птица с личиной на груди».

Бронзовое изображение птицы с личиной на груди. 6 х 8,5 см. Случайная находка. Пермский край. VIII–IX вв. Пермский краевой музей.

Развёрнутые изображения одно- или многоголовой птицы с личиной (личинами) анфас на груди, по-видимому, не встречаются непосредственно в Евразии нигде, кроме Северо-Восточной Европы и Западной Сибири в эпоху раннего железного века – раннего средневековья.

И всё же этот мотив не является уникальной чертой двух этих ареалов. Если взглянуть шире, то географически ближайшая аналогия найдётся у эскимосов-юпик острова Ратманова в Беринговом проливе. Сделанная ими в XIX в. деревянная фигура птицы с распахнутыми крыльями и личиной на груди хранится в Музее искусства народов Востока (Москва).

В Новом Свете фиксации этого изобразительного мотива тоже имеются. Он встречается в Арктике у эскимосов-инуит Баффиновой Земли, а также у индейцев Северо-Западного Побережья – тлинкитов, хайда и квакиутль. Близкие по характеру изображения есть у юто-астекоязычных хопи на Большом Юго-Западе.

Е. Н. Дувакин

Характер дистрибуции, данные сравнительной мифологии, а также археологии и палеогенетики о заселении Нового Света из Северо-Восточной Азии позволяют предполагать, что мы имеем дело с мотивом, который был известен общим предкам некоторых групп населения Сибири и Северной Америки.

Распространение данных изображений совпадает с географией нескольких фольклорных мотивов, которые отражают специфические связи между Западной Сибирью, Северо-Восточной Азией, североамериканской Арктикой и Северо-Западным Побережьем (по данным аналитического каталога Ю. Е. Берёзкина).

Похожим распределением обладают также изображения животных из семейства бобровых или куньих с личиной на груди и иногда птичьими чертами. Этот мотив встречается в бронзовой металлопластике Приуралья–Приобья и на юго-восточном побережье Аляски у эскимосов-алютиик и тлинкитов. Общим фоном всему этому служат более широкие сибирско-североамериканские связи в области мифологии.

Самозарождение такого типа изображений в нескольких ареалах Северной Евразии и Северной Америки является маловероятным. Скорее всего, его распределение исторически обусловлено, он был придуман единожды, где-то в Сибири, и затем вместе с одной из древнейших миграций (либо несколькими из них) проник в Новый Свет. В качестве terminus ante quem мотивов «Птица с личиной на груди» и «Полуводное животное с личиной на груди» резонно установить финальный палеолит.

Доклад Е. Н. Дувакина

Что касается отсутствия собственно палеолитических и других более ранних, нежели вторая половина I тыс. до н. э., фиксаций, то оно, вероятно, связано с традицией нанесения изображений на органические материалы (ср. у индейцев и эскимосов, у которых эти мотивы связаны с обработкой дерева и кожи, а также ситуацию с изображениями типа киртимукхи и сисиутля). Шансы на сохранение таких образцов на протяжении тысячелетий минимальны или отсутствуют вовсе.

Е. Н. Дувакиным были также затронуты проблемы, связанные с анализом значения древних изображений. Птица с личиной на груди интерпретируется инуитами Баффиновой Земли как превращающийся шаман, тлинкитами и квакиутль – в качестве Громовой птицы и Ворона-трикстера, хайда рассказывали, что это Ворон с лицом правителя подводного мира на своём теле, а у хопи это человек-орёл и военное божество. Такой разброс толкований одного и того же мотива ещё раз свидетельствует о том, что получение надёжных данных о значении одиночного изображения (каковым является большинство образцов урало-сибирского бронзового литья) возможно только при наличии аутентичных мнений, а доступ к ним имеется лишь при работе с живыми культурами или, отчасти, древними текстами и иллюстративной иконографией. Когда же речь идёт о мёртвых традициях, в которых отсутствовала письменность и многосюжетные изображения, рассуждения о семантике мотивов являются поиском иголки в стоге сена и чаще всего лишены эвристической ценности.

После каждого из обоих выступлений звучали вопросы, реплики, дополнения собравшихся – студентов, краеведов, специалистов. Так, например, по докладу Е. Н. Дувакина существенные соображения высказали Сергей Владиславович Ухов, Людмила Александровна Сенникова, Алексей Олегович Кайсин.

ИЗ ТЕЗИСОВ ДОКЛАДА В. А. КОРШУНКОВА:

В 1783 г. к Российской империи присоединили Крым и прилегающие земли Северного Причерноморья – Новороссию. Интерес к причерноморской античности приобрёл тогда жгучее политическое и пропагандистское значение. В вышедших в 1787 г. «Записках касательно российской истории» императрицы Екатерины II было прямо заявлено, что скифами греки называли «славян, сармат и татар». Под пером державной писательницы скифы представали людьми особенных добродетелей. И притом «северные скифы одного языка со славянами». По мнению современного историка и культуролога Андрея Леонидовича Зорина, «вероятно, именно в этом историческом труде Екатерины II оформилась параллель “русские – скифы”, наиболее мощно проартикулированная Блоком через полтора столетия» (Зорин А. Кормя двуглавого орла… Русская литература и государственная идеология в последней трети XVIII – первой трети XIX века. М., 2001. С. 110, прим. 1). Мнение императрицы на этот счёт было, безусловно, авторитетным, но всё же надо иметь в виду, что и до её выступления такое утверждение звучало уже не раз и являлось историографическим стереотипом. Интереснее другое – что «скифство» русских оценивалось, в отличие от того, что было у средневековых авторов, в высшей степени положительно.

Итак, в учёной, латинизированной речи русских могли именовать роксоланами. Например, преподававший в вятской семинарии в XVIII в. учёный стихотворец, латинист, ритор Михаил Евстафьевич Финицкий составил для школяров рукописный учебник пиитики и риторики «Idea artis poёseos ad usum et institutiōnem studiōsae juventūtis Roxolānae tradĭta…» (1741), то есть «Образец искусства поэзии, изложенный для употребления и наставления роксоланского юношества». Понятно, что под «роксоланским юношеством» Финицкий, в духе той эпохи, разумел юношество российское.


А вот татарам совсем не повезло. Вместо напрашивающегося «Tataria» у европейцев-латинян как-то само собою выходило «Tartaria» – с очевидной отсылкой к инфернальному Тартару. Ну а поскольку Московию нередко путали с татарскими владениями, то на старинных картах размашистое словцо «Tartaria» закрывало и собственно русские земли. Самое забавное (или печальное?), что этакое загробное обозначение до сих пор используется, например, в английском языке: «Tartar» по-английски – «татарин; татарка; татарский». И ещё: «человек дикого, необузданного нрава; мегера, фурия» (и тут без античной мифологии не обойтись!). Возможно, на развитие значения этого слова повлияло и сопоставление с прилагательным «tart» («кислый; едкий», а в переносном смысле – «резкий, колкий»). Ну, а «young Tartar» – по-английски и вовсе «трудный, неконтролируемый ребёнок».

ВЫВОДЫ ДОКЛАДА В. А. КОРШУНКОВА:

Итак, на ментальной карте Восточной Европы эпохи Средневековья и Нового времени заметна поразительная устойчивость «античных» обозначений и наименований. Принцип классицизма, приравнивавшего современное к тому прежнему, что было освоено и пережито в считавшиеся нормативными времена классической древности, актуализировался всякий раз, когда речь заходила о загадочных и обширных пространствах на Востоке. Пространства эти, как и обитавшие на них народы, могли, с такой точки зрения, лишь по недоразумению причисляться к Европе и христианскому миру. Более важным казалось не то, что русские – христиане, а то, что они – восточные схизматики, а значит, варвары.

Именно классицизм вплоть до XIX в. был действенной сокровищницей смыслов и образов, к которой западноевропейцы обращались всякий раз, когда им нужно было осознать, усвоить, поставить в общий ряд некое географическое, этнографическое, военно-политическое образование. Для них классицизм обладал стандартизирующими, нормирующими свойствами. Нелепое, странное, чужое, опасное конструировалось по античным лекалам и тогда, по крайней мере, находило свои прецеденты. То, что при таком осмыслении суть явления могла искажаться (хотя бы потому, что русские при Екатерине – это не скифы и не древние персы), не воспринималось как недостаток, поскольку для практических надобностей повседневной жизни – политики, дипломатии, пропаганды – принцип историзма был куда менее значимым.

Под влиянием укоренявшийся в России классической образованности и по примеру западноевропейцев русская общественная мысль также стала использовать античные образцы для осознания и конструирования собственных «исконных» свойств. Характерно, что во время войны 1812-го г. привычное уже отождествление французского воинства с «галлами» у русской образованной публики тут же дополнилось самоидентификацией русских как тех самых «скифов», которые в конце VI в. до н. э., отступая вглубь необъятной восточноевропейской территории, сумели наголову разгромить войско персов. И далее, вплоть до публицистических фантазий евразийцев в XX в., то «скифство», которым западноевропейцы укоряли Россию, в самой России понималось скорее как достоинство, нагружаясь различными (но обычно положительными для русских) смыслами.





Поделитесь нашей новостью с друзьями




Отзывы к новости
Страницы: 1 2 3 4 След.
Цитировать Имя
Сергей Ухов, 20.12.2012 13:33:12
О докладе Дувакина. Идея аналогии иконографии Приуралья и С. Америки не нова. Пример птицы с личиной на груди приводил в докладе 8-классник из Сыктывкара Александр Минин в 2009 г. Иллюстрации, в принципе, те же. В инете есть презентация его доклада
http://www.slideboom.com/presentations/73601/

В частности, там есть такой текст:  
Slide 9
Характерным для искусства коми является изображение птицы в фас с распахнутыми крыльями с личиной или антропоморфной фигуркой на груди
Slide 11
Звериный стиль индейцев Северной Америки . Для звериного стиля индейцев Северной Америки так же характерны образы водоплавающих, лесных, хищных птиц, медведя, летящей птицы с личиной на груди, рыб
Цитировать Имя
В. А. Коршунков, 20.12.2012 16:26:42
Сергей, спасибо! Думается, что Ю. Е. Берёзкин (да и Е. Н. Дувакин) разберутся с этими изображениями не хуже восьмиклассника. Но всё равно это должно быть им небезынтересно. Вот и вятским поминальным обрядом "бодун" занимается чл.-корр. РАН В. В. Напольских и девочка-старшеклассница из Яранска,что ли.
Цитировать Имя
Евгений Дувакин, 21.12.2012 19:08:02
Цитата
Сергей Ухов пишет:
О докладе Дувакина. Идея аналогии иконографии Приуралья и С. Америки не нова. Пример птицы с личиной на груди приводил в докладе 8-классник из Сыктывкара Александр Минин в 2009 г. Иллюстрации, в принципе, те же. В инете есть презентация его доклада

Сергей Владиславович, доклад основывается не на сравнении только приуральских вещей и пары случайных образцов с Северо-Западного Побережья с опорой на универсалистские домыслы (отдельные сравнения встречаются ещё в англоязычной антропологической литературе 1970-х гг., так что упоминание какой-то презентации вызывает лишь недоумение), а на анализе дистрибуции изобразительных мотивов в Евразии и Новом Свете и её корреляции с данными других источников. Ваш комментарий означает, что как минимум для одного слушателя эта очевидная между двумя подходами разница и, следовательно, суть доклада остались непонятны. Увы.

Особенно странно выглядит утверждение "иллюстрации, в принципе, те же". Ну, если считать, что, например, иконография юпик и инуитов не отличается от тлинкитской и хайда, а церемониальные изображения алютиик, чилкатские накидки и качина хопи XIX в. это то же, что и замазанный краской тотемный столб в резервации 1990–2000-х гг., то да, материалы для кого-то, наверное, "те же". Но не для меня.
Цитировать Имя
Сергей Ухов, 21.12.2012 20:04:24
Ну, определенную аналогию между образами птиц пермского звериного стиля и иконографией Америки отмечал еще акад. Дмитрий Николаевич Анучин в 1898 г. Разумеется, нельзя сравнивать Ваш доклад с докладом школьника, тем более, что мы знаем о нем только по презентации. Я высказался только о том образе, который Вы сам выделяли в своем выступлении: птице с личиной на груди. Я думаю, что и Коршунков, говоря о Напольских и девочке из Яранска, не имел в виду, что их работы одного уровня:) Если я Вас обидел, то извините. А по сути я выскажусь чуть позже.
Цитировать Имя
Сергей Ухов, 23.12.2012 00:11:31
По существу доклада Дувакина.
Д.Н. Анучин, о котором я упомянул выше, обстоятельно исследовал генезис образа птицы с распростертыми крыльями и личиной на груди. (К истории искусства и верований у Приуральской чуди: Чудские изображения летящих птиц и мифических крылатых существ // Материалы по археологии восточных губерний России. Т. 3. М. 1898. -  С. 151 и сл.) По мнению Анучина, его истоком является образ Гаруды, несущей антропоморфную фигуру, который распространился по всему югу Евразии – от Палермо на западе до Китая на востоке.
На Север, в Предуралье и Зауралье, он мог попасть на импортируемых художественных изделиях (пряжках, блюдах, кувшинах и т.п.), которые поступали в регион (по многочисленным археологическим данным) начиная с VI в. до н.э., но особенно уже в I тыс. н.э. Местные художники просто копировали импортные предметы в меру возможностей более примитивных технологий, но в дальнейшем, при передаче из поколения в поколение,  происходило упрощение стилистики предметов, одна за другой утрачивались непонятные для местного населения детали. Так, по-видимому, у антропоморфной фигуры, которую несет птица перед собой,  ноги слились с хвостом птицы, далее осталась только личина, а потом – просто непонятный кружок или дуга.
Промежуточные этапы, с сохранением человеческой фигуры, представлены в работе Анучина (правда, прямо он это не подчеркивает, или я упустил в его тексте?). См. рис. 23 – 25 на стр. 102. Так же можно интерпретировать известную трехголовую птицу из Холмогорского клада, которая держит лапами за плечи фигуру человека. Правда, ноги здесь составляют одно целое с хвостом птицы.
Альтернативную (или дополнительную) точку зрения наметили Г. М. Бонгард-Левин и Э. А. Грантовский в книге «От Скифии до Индии» (М.: Мысль, 1983, глава «Мифологические образы северных легенд»):
«При раскопках в Приуралье памятников конца I тысячелетия до н.э. археологи обнаружили металлические пластины с изображением крылатых существ (иногда трехголовых) с «медузообразными» женскими лицами на груди. В образе этих фантастических существ, видимо, слились воедино местные представления и иконографические черты, воспринятые через скифов из греческой традиции».  
Здесь имеется в виду греческий образ Горгоны Медузы, популярный в Скифии. Действительно, личины на некоторых «пермских» птичках обрамлены змееподобными линиями. См., например, у Анучина рис. 15 на с. 99 и рис. 26 на с. 103. Без связи с птицей: человеческая голова, обрамленная головами драконов (рис. 61 на с. 116).
По моему мнению, тут возможна контаминация образов птицы, несущей антропоморфную змею naga, с Горгоной.
Если прав хотя бы один из этих авторов, то бессмысленно искать общие корни у американских и уральских изображений, тем  более в палеолите. Уральских образов  птицы с личиной на груди просто не было даже в раннем железном веке.
Конечно, вышеприведенные авторы могут быть не правы, и рассматриваемый образ зародился в каменном веке и чудесным образом был сохранен. Но тогда докладчик должен был аргументировано подвергнуть сомнению их выводы, а не просто проигнорировать их. Двое из них академики все-таки, не школьники:)
Цитировать Имя
В.А. Коршунков, 23.12.2012 18:47:09
Сергей, да знает Евг. Дувакин об этих работах, я уверен! Историография у него в докладе была дана очень коротко, это верно (конечно, просто потому, что времени было немного). Однако же о двух основных гипотезах, которые ты тут приводишь, он говорил (не называя фамилий): об античном и об иранском происхождении этого изобразительного мотива. Один из плюсов его работы - более широкий охват материалов, чем это делали до него. Охват и хронологический, и территориальный. Вот теперь ясно, что этот изобразительный мотив распространён куда шире и куда глубже, чем казалось ранее. Разве не так?
Цитировать Имя
Сергей Ухов, 23.12.2012 19:40:57
Конечно, широкий охват был показан. Но был и сделан вывод. Мне доводы Анучина, Бонгард-Левина и  Грантовского представляются более убедительными, чем фантастическая версия палеолитического происхождения образа птицы с личиной. Дело не в формальной историографии, а в том, что без критики принятых в науке воззрений построение новых (тем более таких экзотических) в принципе неконструктивно.
Расскажу для юмора, «как ученый из Ижевска оставил древних коми без календаря»:
http://finugor.ru/node/17812
Суть в том, что на Вычегде было найдено бронзовое кольцо с девятью зооморфными изображениями. Местными (и не только) этнографами оно было истолковано как промысловый календарь древних коми: год делился у них на девять месяцев, каждому месяцу на кольце соответствовал символ определенного зверя (медведя, оленя и т.д.), на которого в этот месяц была открыта промысловая охота. Немало по этому поводу написано научных работ, а еще больше – популярных статей. Календарь стал одним из символов республики Коми, наряду с птицей с личиной на груди.
В прошлом году В.В. Напольских прочитал в Сыктывкаре доклад, в котором показал городу и миру фотографию археологического артефакта: персидское блюдо, подобное которому с большой вероятностью являлось прототипом «календаря».
Цитировать Имя
В. А. Коршунков, 24.12.2012 18:47:29
Сергей, ну Дувакин же сказал и затем продемонстрировал, что такой изобразительный мотив встречается в том числе и гораздо раньше, чем появляются подобные иранские изображения!
Цитировать Имя
Александр, 24.12.2012 21:00:53
Как мне видится, наша проблема в том, что мы считаем уровень интеллекта современного человека априори выше чем, например, в прошлом веке, не говоря уже о двух-трёх тысячелетия назад. А так ли это на самом деле? Взять, например, нелюбимую мной философию  :) , Платон и Аристотель (5-4 век до н.э.) - интеллектуальное наполнение их произведений выше чем в философских работах большинства более поздних философов. Если уйти ещё на тысячелетие дальше, то там просто мало источников по которым мы могли бы полноценно оценить уровень интеллекта человека того времени, хотя и то что мы имеем никак не позволит нам считать себя более умными. Царь Давид (10 век до н.э.) и его псалмы, кто может с ним тягаться. По поводу историчности Ветхого Завета сейчас не будет спорить даже самый ярый атеист, а там достаточно примеров показывающих и в более ранние времена уровень мышления, которому мы можем позавидовать. Вы можете сказать, что я привожу единичные примеры, а средний уровень может быть от них далеко, так ведь и интеллект нашего времени мы оцениваем по единицам, а не по всем. Знание высшей математики  - не отражает уровень интеллекта, а тыкание кнопок компьютера не сильно отличается от игры в лапту :) .
А ведь все находки с изображением птицы с личиной, которые нам представил Евгений датируются периодом не раньше 1500 тыс. лет до н.э., т.е. за тот период который мы можем оценить по письменным источникам!
Я это к тому, что объяснять сходство мотивов изображений простым копированием возможно в некоторых случаях, но отнюдь не в большинстве и вполне можно рассматривать другие версии, как например, то что птицы летали не только над теми чьи изделия датируются более ранними датами :) , а ассоциирование характера (как вариант уровня в иерархии, обязанностями в обществе и т.п.) человека с определёнными видами живой природы довольно распространено и логично как с точки зрения современного человека, так и человека жившего во втором тысячелетии до н.э.
Я ни в коей мере не утверждаю, что происхождение представленных изображений объясняется вот этим, высказанным мной, первым попавшимся предположением, но вывод Евгения о связи данных изображений с древнейшими миграциями палеолита мне показался слишком надуманным.
Доклад был очень интересен, вывод прозвучал диссонансом.
Ещё раз говорю, что я очень признателен Евгению за доклад и мои слова не надо рассматривать как критику доклада.
Вот такое мнение непрофессионала, его ни в коей мере не стоит рассматривать с научной точки зрения :) , будем считать, что это просто мои мысли вслух.
Википедия:
Интеллект (от лат. intellectus — понимание, познание) — это разум, рассудок, умственные способности: учиться из опыта, приспосабливаться, адаптироваться к новым ситуациям, применять знание, чтобы управлять окружающей средой или мыслить абстрактно.
Цитировать Имя
Сергей Ухов, 24.12.2012 21:15:59
Когда раньше, до скифов что ли?! Среди артефактов ананьинской культуры, синхронной скифам, образа птицы с личиной на груди нет. Евгений нас видит, пусть бросит ссылку...
Страницы: 1 2 3 4 След.


Герценка: Вятские записки | Книжные памятники | Героическому советскому народу | Детская книга военного времени | Центр экологической информации и культуры | Книжная палата | Научно-исследовательский центр регионоведения | Краеведение на Вятке | Центр научной информации по культуре и искусству | Вятские книголюбы | Краеведческий четверг | Зелёная лампа | Библиотеки Кировской области | Кировское отделение ООО «Союз писателей России» | Библиотека предлагает
Яндекс.Метрика
E-mail: cpi@herzenlib.ru; Web-мастер: it@herzenlib.ru
Телефоны для справок: (8332)76-17-41, (8332) 76-17-33; Факс: (8332)76-17-21
Адрес: 610000, г. Киров, ул. Герцена, д. 50

© Кировская областная научная библиотека им. А. И. Герцена
При использовании материалов, размещённых на этом web-сайте, ссылка на источник обязательна.