Версия для слабовидящихВерсия для слабовидящих
Зелёная лампа
Литературный дискуссионный клуб
Лазарева, М. Прилетали «Овсянки» : [встреча писателя Дениса Осокина с читателями «Герценки»] // Вятский наблюдатель. – 2011. – 3 февр. (№ 5)

 Что общего у Вятки с Венецианским кинофестивалем?

img/articles/2011-02/_denis.jpgФильм "Овсянки". Точнее, автор его сценария Денис Осокин. Коего восхождение к славе началось с произведения "Ангелы и революция. Вятка 1923 год", удостоенного общероссийской литературной премии "Дебют".
После чего Денис неоднократно побывал в сконструированном им городе, обрел много восторженных почитателей и сам тоже как будто полюбил его, так что многие тут полагают его вполне "нашим".
В конце прошлой недели Денис Осокин (теперь уже практически с венецианским львом - наградой мирового значения) вновь посетил Вятку. За день до того клуб "Зеленая лампа" устроил показ фильма.

...Кинозал художественного музея едва смог вместить всех жаждущих прекрасного, даже приставные стулья было некуда ставить. Активисты киноклубного движения  могли сравнить этот ажиотаж разве что с событиями двадцатилетней давности: показом "Легенды о Нарайяме" и куда более скандальной (по тому времени) "Империи чувств" - тем более что в обоих случаях публика была заинтригована элементами этно-эротики. Там - японской, здесь - некоего финно-угорского народа меря, настойчиво выдаваемого Осокиным за действительно живший в пределах нынешнего Золотого Кольца. Как затонувшая Атлантида.   Многие блоггеры, впрочем, пришли к выводу, что "все мы немного меря" - и можно даже не сомневаться, что европейский зритель плюс компетентное жюри приняло экзотические обычаи этих "мерян" за универсальную отмычку к загадочной русской душе. Российский же потребитель кинопродукции на такое дело (а главное - на подобную эстетику) не особенно ведется. Поэтому для проката в Европе было сделано в несколько раз больше копий, чем для нашего, внутреннего, и показали "Овсянок" только в городах "продвинутых".

Караул, развращают!

Что удивительно, максимального успеха картина добилась в Арабских Эмиратах, на фестивале в Абу-Даби, получила Гран При и много денег впридачу - хотя на показах некоторые шейхи вставали и уходили, ведь им запрещено смотреть на публично обнажаемое женское тело. (Да видно "кустодиевские" формы главной героини одолели силу обычая- МЛ).
Так говорил Денис Осокин, и совершенно спокойно принял наезд одной традиционно настроенной тетеньки: разврат! проститутки! крайне неприглядное представление о морали! (при том, что большая часть аудитории сложилась из бибработников, странно было слышать такое - ведь проститутки как класс реабилитированы русской литературной классикой еще в 19 веке). Даму сообща пожалели за узость мысли, однако некоторая тень недовольства кинокартиной - в сравнении с заранее прочитанным текстом - все же мелькнула.

Осокин согласился: при том, что в фильме сохранены главные послания,  он получился чуть более сентиментальным, что нежелательно для него лично. И подгадили, разумеется, продюсеры (а отнюдь не дружественный ему режиссер Алексей Федорченко), навязав сюжету ненужный любовный треугольник и прочую попсу в виде странных сексуальных фантазий героя. "Получилась гораздо проще, чем на самом деле. В книге куда больше "молчания, тишины, напряженности". Серьезная рубка шла и за  название, более коммерческое, но тут авторы настояли на своем,  предложившие кинозрителю "новые пароли, ключевые образы".
Зато следующий их с Федорченко фильм, "Небесные жены", который сейчас запущен в производство, уже не смогут так нагло извратить. В нем автор сценария не в пример "Овсянкам" уже наделен действенными полномочиями проводника и консультанта."Небесные жены" будет не столь метафоричный, но куда более реальный этнографический, с точки зрения подлинности языческих обычаев и ритуалов "луговых мари", проект. То есть марийцев, которые нам, вятчанам, ближайшие соседи.

"То ли зверь, то ли просто фигура речи"

На другой день в более узком пространстве Акт-клуба Герценки Осокин с большим успехом читал из этого самого сценария к "Небесным женам". Рядом сидела Мария Ботева и тоже собиралась. Подумалось вначале: а не слабо будет, после Осокина-то? Оказалось, ничуть. Возникло ощущение родства обоих писателей, даже и поведенчески. Внешняя невозмутимость, статика лиц на грани каменного спокойствия и уверенности, умение кратко и точно формулировать. И в прозе то же редкое чувство языка, который находит в обыденности запас первозданной фактуры, никем дотоле не замеченный - такова Ботева Мария. В этих чуднЫх коротких рассказах ей даже не нужна языческая архаика (как Осокину), она мастер подбирать из обычного и сочинять свои стихи в прозе - про невидимые города; про белую опасную красоту здешних зим; про гору, которая родила мышь; как бы смешную аллегорию про глупых ребят, разом повырывавших себе все зубы; про губернский город, откуда все уезжают, а приезжают разве что  артисты да ссыльные политики - которые тут же и сделаются писателями (блоггерами). Итожит в надежде: "Год выдался тяжелым, люди как-то поумнели. Будет что почитать".

 Слушавшие подметили, сколь легко и естественно "странные" экзерсисы Ботевой и Осокина воспринимаются сознанием - не как плохоудобоваримая экзотика для освежения вкуса, а как свое, близкое, будто их и ждали. В стилистике того и другого, не побоюсь этих слов, просматривается что-то платоновское, отображающее скрытые архетипы коллективного разума. Недаром Денис Осокин помещает Марию Ботеву в  очень краткий шорт-лист его любимых (молодых) российских писателей.

"Мы за героев, скорее, рады..."

Фабула фильма такова: рассказ о скорбном путешествии, которое проделывает один директор завода, чтобы особым образом, "по-мерянски", похоронить любимую женщину. В компаньоны он берет фотографа своего предприятия.
 Д.Осокин видит в своем тексте "очень большую, чисто поэтическую метафору очень глубинного в нас, заветного "Мы". Рисует некую идеальную картину мира, мечту о связи всех со всеми, не находя в факте смерти и погребения ровно ничего трагического и депрессивного.


Награды фильма "Овсянки" на Венецианском кинофестивале: за лучшую операторскую работу; приз ФИПРЕССИ; приз экуменического жюри.  В ролях: Юрий Цурило, Игорь Сергеев, Юлия Ауг, Виктор Сухоруков.
Примечательно, что последний, заняв собою не больше минуты экранного времени, получил за роль отца главного героя - самобытного мерянского поэта - "Золотого орла", главную награду года от российских киноакадемиков.

На фото автора: Денис Осокин в "Герценке".

http://www.nabludatel.ru/

Назад | На главную

џндекс.Њетрика


Поделитесь с друзьями