Версия для слабовидящихВерсия для слабовидящих
Зелёная лампа
Литературный дискуссионный клуб
Николай Никулин

ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ
(СПб.: Изд-во Государственного Эрмитажа, 2007)

 

Картинка 4 из 67Правда всегда обжигает

Не могу не написать о книге Николая Николаевича Никулина, долгое время работавшего главным хранителем Государственного Эрмитажа. Называется эта книга «Воспоминания о войне» и издана она Государственным Эрмитажем в 2007 году. Она просто обжигает жуткой правдивостью описания жизни солдата на Великой Отечественной войне. Я прочитал очень много книг о войне, в том числе и мемуаров. Но ничего подобного не встречал. Недаром наш замечательный писатель Виктор Астафьев писал: «Когда я читаю мемуары наших генералов и маршалов, то мне кажется, что я был на другой войне».

Николай Николаевич сумел внешне буднично, но, на самом деле, настолько страстно описать жизнь солдата на войне, что читать книгу невозможно без содрогания. Михаил Борисович Пиотровский во вступлении к книге очень справедливо отметил: «Он написал книгу о Войне. Книгу суровую и страшную. Читать её больно. Больно потому, что в ней очень неприятная правда». Лучше наверно трудно сформулировать значение этого издания для всех, кто интересуется историей войны.

Сейчас идет много дискуссий об учебнике профессоров МГУ Барсенкова и Вдовина по истории нашей страны. Я считаю, что было бы лучше прекратить печатать эти учебники, а выпустить массовым тиражом книгу Николая Николаевича Никулина, чтобы она попала во все учебные заведения страны. Необходимо, чтобы её прочитал каждый учащийся, а лучше, если все наши граждане. Не надо пытаться навязывать учащимся профессорские мнения, часто конъюнктурные и заказные. Пусть ребята прочитают обжигающую правду жизни на войне, и сами разберутся во всем. Пользы от этого будет гораздо больше. Тем более, что как показали исследования нашей областной детской библиотеки, школьники города ничего не знают о блокаде Ленинграда.

И не надо думать, что народу можно что-то впарить. Пару лет назад я побывал в районной библиотеке города Нолинска Кировской области и был приятно удивлен, что читатели библиотеки перестали читать книги А. Марининой и других писательниц детективов. Зато книги Виктора Суворова зачитаны до дыр. Казалось бы, сколько критики обрушивается на книги этого автора и в печати и по телевидению, однако книги его народ читает. Весь читающий народ страны хочет знать правду о войне, а не ангажированные версии.

Не хочу пересказывать сюжеты книги Н.Н. Никулина. Ее надо прочитать каждому. Хочу отметить другое. В книге приведено много фотографий нашего замечательного земляка, фотокорреспондента Даниила Федоровича Онохина, который воевал на одном фронте с Н.Н. Никулиным. Его сын Рудольф Данилович, мой давний знакомый, рассказал мне, что на фронте они не встречались. Познакомились они после войны и долго переписывались. Рудольф Данилович совсем недавно передал эту переписку в Государственный архив Кировской области (ГАКО).

Кстати, правда, о жизни в тылу еще тоже очень слабо освещена в печати. Приведу несколько, тоже обжигающих своей правдой,  выдержек  из архивных документов.

Из акта от 5-7 сентября 1941 года по обследованию санитарного состояния интернатов эвакуированных детей ленинградских школ в Свечинском районе Кировской области:

1. «Под интернаты заняты помещения школ, бывших детских интернатов, сельских клубов и жилые здания. Все указанные помещения для жилья мало приспособлены или вообще не приспособлены. Все эти здания могут отвечать минимальным требованиям только в летнее время. Для зимних условий здания не приспособлены. В зданиях нет вторых рам, нет стекла для остекления рам, отсутствуют дрова для отопления. В зданиях нет искусственного освещения. Совершенно нет керосиновых ламп и керосина.

     Мочаловский сельсовет.

1.1 В деревне Коробейники расположен интернат 12-й ленинградской школы им. Н.А. Некрасова. Он размещен в двух ветхих зданиях. В первом здании размещено 25 детей. Дети спят на топчанах, по отдельности. Постельные принадлежности есть. Уборной нет. Ходят во двор, который плохо отгорожен. В качестве питьевой воды используется  вода из дворового колодца без кипячения. Одежды и обуви недостаточно. Баней пользуются колхозной. В здании много окон с выбитыми стеклами. Искусственного освещения нет, как нет керосиновых ламп и керосина. Топлива тоже нет. Во втором здании находится 22 человека. Кроватей и топчанов нет. Спят на полу. Теплой обуви у ребят нет. Зимние пальто есть почти у всех. В качестве питьевой воды используется вода из дворового колодца без кипячения. Бака для кипяченой воды нет. Искусственного освещения нет. Дров нет. В школе учатся эвакуированные дети и 100 человек местных. В интернате есть сталовая, расположенная в ветхой избе. Столовая одновременно вмещает 22 человека. Вторых рам в столовой нет, посуды тоже почти нет. Нет тарелок. Дети едят из стаканов и чашек. Столовых ложек тоже нет.

1.2 В деревне Казань размещен интернат ленинградской школы №185. Дети размещены в двухэтажном деревянном здании бывшего клуба и правления колхоза. Размещено 62 человека. Столовой нет. Обедают на столах, расположенных на улице. Кухня расположена в маленьком рубленном амбаре. Для освещения нет ни ламп, ни керосина. Теплой обуви и одежды у детей почти нет. Помещения к зиме не готовы, стекла для остекления нет. Дров тоже нет. Второе здание интерната расположено в колхозной избе. Там живут восемь девочек. Комната очень тесная.

В интернатах других сельсоветов положение такое же.
(ГАКО, ф. Р-2248, оп.1, д.234, л.3-5).

Из письма наркома морского флота СССР Ширшова от 29 января 1943 года.
«В селе Курьино Макарьевского района Кировской области находится детский сад Ленинградского порта, эвакуированный туда в 1941 году. Сейчас в нем воспитывается 150 детей ленинградских моряков, находящихся в рядах Красной Армии и Военно-морского флота. До настоящего времени продукты питания в централизованном порядке детский сад не пользовался. Их приходилось закупать на местных рынках.
Просим Вашего распоряжения о включении детского сада Ленинградского порта с контингентом 150 детей на централизованное снабжение нормированных продуктов питания через местный райпотребсоюз».
(ГАКО, ф. Р-2169, оп.1, д.808, л.37).

Из письма полковника Козлова В.Г (Москва, Садово-Триумфальная, д.11 кв.3) в адрес В.М. Молотова от 14 марта 1943 года.
«Мне известно очень тяжелое продовольственное положение детского сада №50, эвакуированного из Ленинграда в Кировскую область. Дети голодают, выглядят очень плохо, ищут крошки под столом и в отходах.
Поддерживает питание ребят хлеб, но за последнее время его дети на 40-50% недополучают.
Прошу обратить серьезное внимание на питание детей».
(ГАКО, ф. Р-2169, оп.1, д.808, л.49, 50).

Теперь о работе эвакогоспиталей и жизни раненых.
Вот документы из Государственного архива социально-политической истории Кировской области (ГАСПИКО).

Из письма раненого красноармейца Василия Михайловича Шуралева, находящегося на излечении в ЭГ №3339 (поселок Кирс) от 16 апреля 1943 года в адрес И.В. Сталина.
«Мы, бойцы Ленинградского фронта, находящиеся на излечении сильно обеспокоены и раздражены. Лечат нас очень плохо. Питание плохое. Сахара и масла (или жиров) не едим с марта 1943 года. Однако, недавно мы узнали, что в соседнем госпитале для раненых военнопленных ежесуточно отпускают масло, сахар и молоко. Местная коммунистическая партийная ячейка работает очень плохо. Шефы-школьники рассказали нам, что здесь процветает антисемитизм, по отношению к эвакуированным».
(ГАСПИКО, ф. П-1290, оп.9, д.37, л.105).

Из материалов по обследованию ЭГ для раненых и больных воинов РККА в городе Кирове и области с 8 по 19 августа 1943 года.
«В городе скопился значительный контингент раненых, для которых дополнительных помещений местные организации не выделяют. Во всех госпиталях, кроме того, что переполнены все палаты, раненые размещены в коридорах, ленинских комнатах, столовых, а, в известные периоды наплыва, занимают даже лечебные кабинеты. Нестерпимая скученность раненых происходит в связи с неприспособленностью и карликовостью помещений, выделенных для них.
В госпиталях ощущается острый недостаток белья. Раненые одеты в застиранные, ветхие, рваные рубашки и кальсоны. Постельное белье желтое, в пятнах, застиранное и рваное. Раненые, при выписке из госпиталя, обмундировываются в помятое, грязное, заношенное и заштопанное обмундирование с разноцветными заплатами. Офицерам, вместо сапог, выдаются обмотки и ботинки, вместо шинелей – пиджаки.
Установлено прекрасное отношение врачей к раненым. Раненые говорят: «Врачи у нас золотые». Особенно отмечают врача ЭГ №3155 Ошерова и главного хирурга ЭГ №1018 Богданского. Во многих госпиталях сестры и няни обслуживают, каждая, до 150 раненых.
Комиссия отмечает катастрофическое положение с марлей. Так, ЭГ №3444 и 3155 из-за отсутствия марли не могут производить плановые операции и перевязки.
(ГАСПИКО, ф. П-1290, оп.10, д.60, л.1, 4, 5).

В ЭГ №3155 рентгеновский кабинет находится в 1,5 – 2 км от отделений. Раненых туда носят на носилках или посылают пешком, а тяжелораненых просто невозможно обслужить рентгеном. Начальник ЭГ №3168 Копелиович делает операции без предварительной рентгеноскопии, потому что на рентген приходится ездить за много километров в другие госпиталя.
Основные жалобы раненых в отношении питания идут по линии его однообразия, неполновесных порций и неорганизованности раздачи пищи (недостает кухонной и столовой посуды). С 23 ноября по 15 декабря 1943 года в госпиталя города Кирова не поступало сахара. Раненые месяцами не видят молока, творога и сметаны. Не додаются овощи и картофель. Постоянные перебои с хлебом. Хлеб бывает недопечен, с закалом, горелыми корками. Санитарная инспекция плохо осуществляет контроль качества пищевых продуктов.
В ЭГ пожарной охраной запрещается демонстрация кино, ввиду чего лежащие раненые по 4-5 месяцев не видят кино. Картины демонстрируются преимущественно старые. Библиотека им. Герцена не выдает книг в офицерский госпиталь №1018. В госпиталях нет военной литературы.
Радиофикация госпиталей давно не обновлялась. Слышимость плохая, наушников нет. Большинство палат вообще не радиофицировано. Во многих палатах нет настольных игр (шашек, шахмат, домино). Почти нигде нет музыкальных инструментов, гармоник и патефонов. Во многих госпиталях, из-за отсутствия дров, холодно. В госпиталях периодически отключают электроэнергию. Не хватает лампочек. Раненым  приходится самим покупать электрические лампочки на базаре. Много жалоб на отсутствие бумаги, конвертов, карандашей, зубных щеток и зубного порошка.

Полученные от шефов подарки порою не приходовались и раненым не попадали. Так, в ЭГ №1018 на 15 декабря 1943 года из 300 литров водки, полученной от шефов, было оприходовано всего 156 литров. Раненым же выдали всего 105 литров.
При переполнении помещений палат ЭГ №1018, первый этаж прекрасных комнат занят под склад. Весь 1943 год офицеры снабжали госпиталь не только электрическими лампочками, но и своими деньгами оплачивали кинокартины. Деньги, собранные с раненых офицеров нигде не приходовались. Через эту черную кассу прошло около 60000 рублей, из которых только 38600 руб. было заплачено кинотеатру «Прогресс», выполнившим финансовый план за счет раненых офицеров.

27 февраля 1943 года Государственный комитет обороны (ГКО) обязал Кировский облисполком разместить 2500 новых госпитальных коек плюсом к уже существующим. Однако, облисполком вместо того, чтобы выделить дополнительные помещения для коек прибывающим раненым, с разрешения наркома здравоохранения РСФСР Третьякова, решил увеличить емкость госпиталей на 2500 мест за счет устройства коек в два яруса. Кроме того, 24 августа 1943 года Кировский облисполком постановил выделить под госпиталь здание областных партийных курсов, занятое штабом ВММА. Тов. Молотов (зам. председателя ГКО – А.Р.) своей телеграммой распорядился передать это здание под госпиталь. Несмотря на подтверждение этого распоряжения тов. Р.С. Землячкой (зам. председателя СНК СССР – А.Р.) помещение областных партийных курсов не освобождено до сих пор. Такой положение создает тяжелые настроения среди раненых. Старший сержант Васильев (ЭГ №3715) сказал: «Как только мы перестали воевать, нас стали держать как свиней».
Госпиталя не обеспечены бланками и формами документации. Истории болезни пишутся на различной макулатуре и книгах.
(ГАСПИКО, ф. П-1290, оп.10, д.60, л.6, 9, 10, 17-19, 26).

Но, вернемся к жизни эвакуированных детских учреждений.
Эвакуированные детские учреждения сами обеспечивали себя всеми продуктами. Жизнь их полностью зависела от инициативы руководителей и персонала этих учреждений.

Из отчета о работе детских домов и интернатов Кировской области за 1944 год.
«В 1943 году детскими учреждениями посеяно 1042 га, в том числе:

  1. Зерновых – 279 га.
  2. Картофеля – 371 га.
  3. Овощей – 372 га.
  4. Корнеплодов – 117 га.

План посева 1944 года  - 2220 га, в том числе:

  1. Зерновых – 1200 га.
  2. Картофеля – 568 га.
  3. Овощей – 308 га.
  4. Корнеплодов – 144 га.

Таким образом, план посева, по сравнению с 1943 годом, был увеличен на 1178 га. Но, некоторые детские учреждения превысили и этот план. Так, дошкольный интернат №16 (директор Брунштейн) при плане 5 га освоил 10 га, а интернат №122 (директор Лукашенко), имея план 8,5 га, освоил 18 га.
В целом с подсобных хозяйств 139 детских учреждений области в 1944 году было собрано:

  1. Зерновых – 447,6 тонн.
  2. Картофеля – 1065, 4 тонны.
  3. Овощей – 600,3 тонн.

В детских учреждениях области имеется 197 лошадей, 820 коров, 1454 головы мелкого скота.
Детский дом №1 Кировского района добился того, что все блюда приготовляются вкусно и красиво. Хорошо и вкусно готовят в детском интернате №148 Шестаковского района.
Интернат в селе Медлянка Лебяжского района на зимней площадке у дома из снега и раскрашенного льда создал целое сказочное царство, устроил ледяные горки для детей. О работе этого интерната писала в своем отчете медицинский инспектор С.Е. Вишневецкая еще в 1942 году.
Детский сад №41 из города Ленинграда в селе Мелянда Лебяжского района Кировской области. Помещение тесное, но в группах чисто и аккуратно. Санитарное состояние всего учреждения удовлетворительное. Вид детей хороший. Одеты дети очень хорошо. Помещения достаточно оборудованы. Питание хорошее. Педагоги производят очень хорошее впечатление. Общий стиль учреждения очень культурный. (ГАКО, ф. Р-2248, оп.1, д.234, л.49).

Детским домом №14 в селе Полом Просницкого района руководит талантливый директор Генриетта Петровна Штейн. Этот детский дом был эвакуирован из Сестрорецка Ленинградской области. Штейн с группой опытных, преданных своему делу воспитателей, создала хороший дом, семью для малышей. В доме чисто и уютно. Воспитатели проводят большую работу по развитию речи, музыкальному и художественному воспитанию. В детском доме хорошая библиотека, собранная  усилиями воспитателей и директора. Детский дом имеет крепкое подсобное хозяйство и живет всегда сытно и в довольстве.

Воспитанники детского интерната №80 Мурашинского района завязали переписку с Ленинградской публичной библиотекой. Дети часто получают от своих ленинградских друзей письма, открытки с видами Ленинграда, журналы. Самое главное же в том, что в результате завязавшейся дружбы 14 воспитанников-сирот детского дома нашли себе новых родителей.
(ГАКО, ф. Р-2342, оп.1, д.273, л.7, 9, 10, 17, 30-31, 49).

Партийные органы показали же во время войны свою полную организационную беспомощность. Приведу только один пример.
Прибывающим на эвакуированный в Киров завод Лепсе работникам, не хватало даже элементарной домашней утвари. В магазинах купить это было невозможно. Начали все таскать с завода. Тогда директор завода Иван Андреевич Дикарев принял решение об организации производства утвари на заводе.
(ГАКО, ф. Р-2194, оп.5, д.45, л.272).

Иван Андреевич был очень порядочным и отзывчивым человеком, но он был крайне загружен работой и не мог знать о положении в госпиталях. Газета «Кировская правда», как и все другие газеты страны, о действительном положении на фронте и в тылу ничего не писала. Ее страницы были заняты, в основном, идеологической трескотней. Конечно, Дикарев принял бы меры и обеспечил госпиталя и детские учреждения посудой и кухонной утварью. Но, партийные органы не обратились к заводу. Их интересовала только отчетность по отправке продукции и ресурсов на фронт. Лицемерное большевистское руководство страны ничего другого с них не спрашивало. Люди и их быт, производительность труда и эффективность работы предприятий это руководство не интересовали. Цена вопроса их не интересовала. Гнали количество, не обращая внимания ни на что. Так же, как и на фронте. И израсходовали страну. Естественно, что это передавалось на партийное руководство всех уровней.

Печально еще другое. Выращенное этими лицемерами молодое партийное руководство проводило порочную кадровую политику в промышленности и других отраслях народного хозяйства. В результате к руководству, от поколения к поколению, приходили более беспомощные и безграмотные лицемеры, обеспечивающие процветающую жизнь только себе и своей стае. Поэтому и развалился СССР.
Вернемся теперь к проблемам учебных пособий по истории. Буквально сегодня почитал в журнале блестящие мысли об истории высказанные отцом великого ученого Владимира Ивановича Вернадского.

«Мы разумеем общепринятое понятие об ИСТОРИИ как НАУКЕ, занимающейся воспроизведением действительности, хотя такое понятие о ней показывает еще детское состояние ее. Воспроизведение прошлого не увеличивает само по себе массы нашего знания. Знать – не значит представлять себе внешнюю связь между отдельными явлениями, а сознавать те естественные законы, которым следует известный ряд явлений. Здесь должно руководить нами не гадание, а строгий анализ фактов. Это анализ при данных исторических должен быть одинаков с анализом статистическим, то есть, основан на математических вычислениях. Без этого невозможен никакой успех в науке. До сих пор в ИСТОРИИ мы не видим ничего подобного».
Вернадский И. Задача статистики - «Журнал Министерства народного просвещения», 1852, №5, с.82.

Не видим мы этого и сегодня.

                                    Александр Рашковский, краевед

Отзывы к новости
Назад | На главную

Яндекс.Метрика


Поделитесь с друзьями