Версия для слабовидящихВерсия для слабовидящих
Зелёная лампа
Литературный дискуссионный клуб
Акунин-Чхартишвили

АРИСТОНОМИЯ

(М.: Захаров, 2012)

Очень долго читала эту книгу и, кажется, долго буду находиться под впечатлением от нее. По-моему, в ней целых две книги, и я даже не знаю, какая заинтересовала меня больше – история мытарств юного Антона Клобукова, перед глазами которого проходит Россия смутного времени – от февральской революции до апофеоза гражданской войны – или трактат об Аристономии, автором которого якобы является уже повзрослевший герой.

Не устаю радоваться и удивляться. Борис Акунин не входил в число моих любимых писателей в годы ажиотажной популярности его книжного сериала о сыщике Эрасте Фандорине.Прочитала и я несколько первых романов из этой серии. У меня, в силу того, что я не являюсь поклонницей детектива как жанра, они вызвали странное чувство избыточности средств для столь невеликой цели. Согласна с мнением о том, что Акунин – блестящий стилист, но для чего при такой живописной школе рисовать «картинки», цель которых – легковесное, пусть даже и качественное развлечение?
Репутацию автора в моих глазах спасли просто блистательные переводы. Того же Юкио Мисиму под маской Г.Чхартишвили я сочла совершенно несправедливо обойденным Нобелевской премией по литературе… Тогда я самонадеянно решила, что переводчик Чхартишвили стоит много выше писателя Акунина, и за это сейчас над собою посмеиваюсь.


Последние две книги Акунина, прочитанные мной, заставили меня признать себя неправой в отношении к его творчеству. И я рада, что это случилось именно тогда, когда «мода» схлынула, а в адрес писателя начала раздаваться жестокая критика, связанная более с его политической, нежели с литературной деятельностью.

Где-то полгода назад я прочитала сборник статей из его блога, под названием «Любовь к истории». В высшей степени достойная и красивая книга!

И вот сейчас мне в руки попал его роман «Аристономия», просто восхитивший меня! Перемежающиеся повествовательные, сюжетные и философские, публицистические главы равно заинтересовали и дали пищу для размышлений. Первые написаны в уже привычной и любимой преданными читателями автора манере – живописно, остроумно, с яркими, гротескными образами, с особым, узнаваемым тонким и с горчинкой юмором. (От Акунинского стиля веет немного Булгаковым, немного Алексеем Толстым, впрочем, это мое впечатление). Вторые – убедительно, разумно и вполне «научно», если трактату о достоинстве необходимо быть таким.

Меня до глубины души возмутило то, что, как мне сказали, некоторые читатели, якобы, сочли книгу скучной.
Киплю! Для любителей развлечений – возможно. Да, это не детектив. Но, зато, по-моему, это – большая и серьезная литература.
Тема же книги кажется мне настолько важной и актуальной, что, пожалуй, никакую иную рядом с ней и не поставишь.

Несколько цитат я решила привести именно из «трактата», чтобы намеренно распугать тех, кто боится отвлеченных от сюжета рассуждений как таковых.

Цитаты:

Ближе всего к аристономии находится понятие «достоинство». Им я вначале и пользовался, пока не почувствовал, что оно перестало меня удовлетворять, а в некоторых случаях уводит в сторону и даже сбивает с толку. […]
Из авторов прошлого века подобное толкование достоинства я встретил у моего любимого Герцена, который в относительно малоизвестной статье «Историческое развитие чести» пишет: «У человека вместе с сознанием развивается потребность нечто свое спасти из вихря случайностей, поставить неприкосновенным и святым, почтить себя уважением его, поставить его выше жизни своей. Пристально вглядываясь в длинный ряд превращений чтимого, мы увидим, что основа ему не что иное как чувство собственного достоинства и стремление сохранить нравственную самобытность своей личности, и то и другое сначала в формах детских, потом отроческих, как во всех человеческих отношениях». И далее: «Неудовлетворенный общим делом, человек ищет свое дело, обращается внутрь себя, в груди своей начинает открывать нечто твердое и незыблемое, в себе находит мерило своего достоинства и хладнокровно смотрит на племя, на город, на государство: тогда быстро развивается в нем понятие чести и собственного достоинства».
Итак, не статус и не естественное право, а внутреннее состояние, которое может вовсе отсутствовать или присутствовать, может развиваться или же, увы, утрачиваться. Вот тот аспект слишком расплывчатого и многозначного понятия dignitas, который является предметом моего исследования.

Стремясь к точности, я некоторое время использовал в своих записях аббревиатуру ЧСД (чувство собственного достоинства), под каковым имел в виду набор определенных нравственных или мировоззренческих признаков, самым главным из которых является естественное ощущение своего равенства с другими людьми, однако равенство вовсе не означает тождественности или заменяемости. Это напоминает равенство суверенных государств. Мир потерял бы много из своей красочности, если бы в нем не существовало какой-то из составляющих его стран. […]
Я уже касался этого предмета, но повторю снова: чем выше в человеке развито ЧСД, тем ниже его способность к выживанию. Слишком велик и строг набор внутренних регламентаций и табу. […]
онижение порога живучести – это цена, которую личность платит за более высокое качество своей духовной и внутренней жизни. […]
«Аристономия» - это закон всего лучшего, что накапливается в душе отдельного человека или в коллективном сознании общества вследствие эволюции. К дворянскому происхождению такое Качество не имеет никакого отношения. Со временем я привык к этому термину и, как будет видно из дальнейшего, стал использовать его в различных вариациях: у меня фигурируют «аристофилы» и «аристофобы», «аристономические характеристики» и «аристобежные тенденции, «аристогенные условия» и жестокие «диктаторы-аристофаги».

---
Человека можно назвать аристономом, если он стремится к развитию, обладает самоуважением, ответственностью, выдержкой и мужеством, при этом относясь к другим людям с уважением и эмпатией.

---
Аристополисом можно назвать страну, если она обеспечивает достойное существование и полноценное развитие своих граждан; существует в строгом соответствии с твердыми моральными нормами и способно эти принципы охранять; обладает исторической ответственностью и политической выдержкой; зиждется на солидарности и прочности общества; относится к другим странам с уважением и эмпатией, но при этом способно защититься от агрессии.

К сожалению, в сегодняшнем мире нет не только ни одного аристополиса – нет даже страны, которая хоть в достаточной степенью обладала бы хоть какой-то из вышеперечисленных характеристик. «Взрослых» среди нас пока нет. Мы все похожи на гурьбу дворовых подростков, где наибольшим авторитетом пользуются бузотеры с твердыми кулаками или «богатенькие мальчики», у которых есть велосипед, кулек леденцов и футбольный мяч.

Татьяна Александрова

http://l-eriksson.livejournal.com/588379.html#comments

Отзывы к новости
Назад | На главную

Яндекс.Метрика


Поделитесь с друзьями