Из истории моей фамилии

Ю. С. Розадорский

Предлагаю, дорогой мой читатель, заглянуть в глубь веков и познакомиться с проведённым исследованием происхождения фамилий.

Исследование фамилии – приятная возможность заглянуть в глубь прошедших столетий, по-новому увидеть то, к чему каждый привык с детских лет – к своей фамилии. Фамилии не придумывались просто так, каждая из них – история жизни не одного человека и мало кто предполагает или знает, что значит та или иная фамилия, когда она появилась и кто её родоначальник (предок).

Каждый должен гордиться своей фамилией, как памятником истории, культуры и своего языка: ведь Вашу фамилию имели далёкие родственники, а сегодня, возможно, эту фамилию носят люди в разных регионах страны.

Долгие годы не оставляла меня мысль, точил душу вопрос, откуда в Котельничском уезде, под слободой Кукаркой в с. Зашижемье на речке Шижма (приток р. Вятки) появился Николай Евграфович Розадорский (1806–1858), священник Преображенской церкви, рукоположенный 26 октября 1828 г. преосвященнейшим Кириллом, епископом Вятским и Слободским (ставленическая грамота от 5 ноября 1828 г.)? Изучая документы Вятской духовной семинарии того времени, я не нашёл среди семинаристов Розадорского, не дали результатов и длительные поиски фамилии Розадорский среди священнослужителей епархии. Столкнувшись с этой проблемой, путей для дальнейшего поиска веточек своего родословного древа не видел.

Вспомнил, что мой отец в годы войны, а может и перед войной, вдруг стал Розадорских, то есть изменил окончание «ский» на «ских». Почему, зачем, с какой целью? В Вятской губернии, действительно, есть много фамилий на «ских», например, Даровских, Бердинских и т. д., есть лица, носящие фамилии с окончанием и на «ский». На память пришёл рассказ отца о том, как ему во время войны, где-то в начале 1943 г. командование предложило службу в Первом польском корпусе, который формировался из поляков-добровольцев, проживавших в СССР. Папа отказался от этого предложения, доложив командованию, что он не поляк и к ним не имеет отношения и что он, как и все его предки, коренные жители Вятской губернии, русский.

Я стал разыскивать и изучать материалы Польского восстания 1863 г., которое было на территории Литвы и Западной Белоруссии. Действительно, руководители восстания были тесно связаны с вятскими демократами, которые принимали активное участие в движении, получившем название «Казанского заговора». Руководители Польского восстания и часть русских организаций «Земля и воля» планировали поднять в Поволжье крестьянское восстание и после соединения его с Польско-литовским – свергнуть в России самодержавие. Но заговор был раскрыт, восстание подавлено. Почти двести поляков были осуждены и направлены в ссылку для отбытия наказания – в Вятскую губернию. Между прочим, среди них был и отец писателя Александра Грина – Степан Евсеевич Гриневский. Я стал предполагать, а вдруг среди этих ссыльных и был Розадорский, который после отбытия ссылки остался на вятской земле, женился на вятской девице Копытовой, принял православие. Но подтверждений своим предположениям не находил.

В одной из бесед с известными в г. Кирове краеведами, хорошо знающими историю Вятской земли В. А. Любимовым и О. Е. Мышкиным, узнаю от них, что фамилии на «ский» имели священники и что при епископе Кирилле в Вятской духовной семинарии будущим священникам предлагалось менять свои отеческие фамилии на более благозвучные, тесно связанные с религией и церковью. О. Е. Мышкин порекомендовал найти и внимательно посмотреть ставленническое дело Н. Е. Розадорского. К счастью, дело сохранилось, я его читаю: «Объявитель сего Николай Розадорский Вятской епархии Орловской округи села Пищальского дьякона Копытова сын, от роду 22 года…» (Ф. 237. Оп. 63. Л. 3). Значит, Николай Евграфович Розадорский окончил в 1828 г. духовную семинарию, а поступил-то в неё под отеческой фамилией Копытов.

Действительно в семинарии в 1827–1832 гг. при Его Преосвященстве Кирилле, епископе Вятском и Слободском около 130 семинаристов сменили свои фамилии. Так, Фернатов стал Елабужским, Лобовиков – Фронтинским (наш дальний родственник), Верещагин – Веницким, Курочкины (все братья имели разные фамилии) – Завойский, Щедринский, Аедоницкий, Скиперов, Захаров (по деду), Садинский, Разсветов.

Один из Курочкиных – Пётр Яковлевич Садинский (1786), священник Вознесенской церкви, свою дочь Марию выдаёт замуж за Алексея Евграфовича Фаворского (1811) (из 7-го колена родословного древа Копытовых, родного брата Николая Евграфовича Розадорского), который также в семинарии сменил свою отеческую фамилию Копытов на Фаворский и был рукоположен священником церкви с. Святицкое Слободского уезда. При рекомендации смены фамилии Алексею было сказано, что фамилия Фаворских из далёкой старины и происходит от названия святой горы Фавор, находящейся в Палестине недалеко от Иерусалима. По-видимому, служители православной церкви с тех давних времён для распространения памяти о святых местах и святых угодниках стремились заменять простонародные фамилии священнослужителей на более близкие к святому писанию.

Сменил фамилию и Иван, третий сын Евграфа Копытова (1813) (из 7-го колена родословного древа Копытовых) на Розадорский, венчался на девице Анисии Емельяновне Суворовой (1818), после чего был рукоположен дьяконом Сретенской церкви г. Слободского. В 1836 г. у них родилась дочь Александра. Дьякон Иван был очень начитан, грамотный, часто исполнял обязанности священника в его отсутствие, так как священник был протоиереем, благочинным и выполнял ряд других обязанностей епархии. Здоровьем Иван был слаб, часто простывал, болел. Прихожане относились к нему с любовью уважением и испрашивали благословения, помощи и совета. Ещё молодым скоропостижно скончался, похоронен на местном Слободском кладбище и по его просьбе – рядом со своими прихожанами. Анисия Емельяновна после смерти мужа с дочкой уехала к своим родителям. Остальные сыновья дьякона Евграфа, как и все его братья, остались под фамилией Копытовы.

Моя фамилия появилась в 1828 г. как искусственная и вот через 130 лет я понял, что носительницей фамилии осталась младшая моя дочь Анна Юрьевна (12 колено нашего генеалогического древа Копытовы – Розадорские). Я думал, что, выйдя замуж, она сменит и получит фамилию мужа. Однако при регистрации Анна оставляет себе фамилию – Розадорская. Но идёт время и вот её сыновьям необходимо получать паспорта. Какую они возьмут фамилию – своего отца Аркадия Ивановича Виноградова или матери Анны Юрьевны Розадорской? Для меня это был вопрос из вопросов. Оба мои внука, Юрий Аркадьевич (1984) и Иван Аркадьевич (1987) с разрешения родителей, моего согласия принимают решение иметь двойные фамилии. Сейчас в их документах – паспортах в графе «Фамилия» записано: «Виноградов-Розадорский Юрий Аркадьевич» и «Виноградов-Розадорский Иван Аркадьевич». Внуки мои – Юрий и Иван – это 13 колено нашего древа, решения сыновей моей дочери приятны и дороги, считаю, что внуки в знак уважения ко мне и моим предкам сохранили и продолжили жизнь фамилии.