Гали Федоровна Чудова: последние письма

Гали Фёдоровна Чудова годы одаривала меня письмами, экземплярами некоторых своих изданных и неизданных работ. Её внимание согревало мою вятскую душу на "краю света" - на странном полуострове, именуемом Камчаткой. Знакомство с нею было столь же благотворным, как общение с Александром Дмитриевичем Фокиным, Евгением Дмитриевичем Петряевым, Виктором Георгиевичем Шумихиным. Здесь публикуются извлечения из её писем 1989-1994 годов.

В. Д. Сергеев.

1989. 19 марта.

Да, состояние вятского краеведения не блестящее. Еще Е. Д. Петряев пробовал бороться против псевдокраеведов, вроде пресловутых [фамилии эти пропустим. - В. С.], да и других, но всё равно серость одолевает. Я очень сочувствую и Вашему положению "изгнанника". Удастся ли вернуться? Ведь Петряев на Дальнем Востоке долгонько "шуровал". И след там от него остался заметный.

1989. 2 сентября.

И я, и Светлана Петровна [Кокурина] - обе получили бандероли с восстановленной Вами статьёй о Н. А. Чарушине. Большое спасибо! Мы подозреваем, что наш ВООПИК потерял Вашу статью, потому что её забрал, вероятно, Суходоев [историк КПСС, пристально интересовавшийся Н. А. Чарушиным - В. С.]. Впрочем, это только наши догадки.

Тут на днях произошло событие, по правде сказать, удивившее меня. Вдруг 30 августа в 12 часов дня ко мне домой нагрянула группа "телевизионщиков" со всей аппаратурой (человек пять) и засняли меня на фоне книжных стеллажей моей личной библиотеки. Пришлось выступить почти экспромтом, т. к. они по телефону предупредили в 10 ч. утра, а в 12 ч. уже явились.

Тема выступления, которая им нужна - моя личная реакция на события в Прибалтике и отклик на заявление ЦК КПСС об этих событиях. И, надо сказать, что они выбрали "подходящий" объект, хотя сами того не подозревали: мне Эстония далеко не безразлична, т. к. мой муж Александр Михайлович Колласпоник - инженер-механик, был эстонцем, с характером, чрезвычайно отчетливо выражающим национальный характер эстонского народа. Интересно, что и общий облик мужа и многие его "эстонские" черты характера отразились в нашем сыне... Я Эстонию знаю по рассказам мужа и сына, сама там не была, а сын ездил туда не раз и имеет тяготение к свой прародине. Мы ему и имя дали в память деда-эстонца, который был лесником в Эстонии...

1989. 12 декабря.

Я "одержима" сейчас своей книгой по истории краеведения за 70 советских лет. Тороплюсь, дописываю, а надо ещё перепечатывать на машинке. Следует её сдать в готовом виде в изд-во в январе-феврале 1990 г., они, видимо, будут посылать её в производство, чтобы вышла в 1991-м. Не знаю, сумею ли дожить до её выпуска!

1990. 13 февраля.

Признаться, меня не очень-то привлекает современная литература, страшную тоску наводит. Читаю только с интересом исторические романы Дм. Балашова. Ну, а поведение наших писателей, их грызня между собою совсем противны. В 1990-м году отказалась от подписки на "Огонек", который выписывала чуть ли не 20 лет. Совсем сделался "жёлтым" журналом, гоняется за дешевой сенсацией, противно стало его читать.

1990. 7 апреля.

У нас в конце марта прошел съезд краеведов, созванный краеведческим объединением "Вятка". Дорабатываю свою рукопись книги "Пути-дороги поиска".

1990. 18 апреля.

Настроение что-то совсем не предпраздничное, тяжело действует завируха, разыгравшаяся в стране.

1990. 22 мая.

Николай Иванович Золотницкий - это один из моих любимых "вятских" героев. Удивительный человек. Я с большим удовольствием составила в 1975 г. библиографический о нём очерк и библиографию из 102 названий книг и статей (62 названия его работ и 40 - о нём)... Как-то всё-таки обидно, что "научная" б-ка им. Герцена, какой она числится, не могла и до сих пор не может печатать свои научные труды! Ведь, если бы эта возможность имелась, - безусловную пользу принесли бы выпуски этой серии, составленные мною: 1) Алабин, 2) Золотницкий, 3) Красовский, 4) Голубев, 5) Сенников, 6) Блинов Н. Н., 7) Тиховидов, 8) Синцов М. М. и 9) Чарушин. Ведь в них подобрана весьма подробная библиография! Хоть бы маленьким тиражом, до 500 экз. - и то был бы "краеведческий хлеб". Подвожу сейчас итоги своей краеведческой работы. Сколько томов нужной библиографии мною составлено - все это только в 3-4-х экз. на полках краеведческого отдела, в машинописи... Теперь хоть бы издательство выполнило своё обещание и выпустило в 1991 г. мою историю краеведения за 70 советских лет! Надо бы как-то дожить до этого! Хотя силы так падают, что не знаю - доживу ли... Наши краеведы - делегаты на Всероссийский съезд краеведов в Челябинске - благополучно слетали туда и вернулись обратно. Светлану Петровну на съезде выбрали в Совет и Президиум Всероссийского Союза краеведов...

1990. 1 июля.

Меня особенно обрадовало, что Вы, кажется, всерьёз подошли к намерению написать книгу о Н. А. Чарушине. Очень бы стоило это сделать!

Вот такие пионы, как на этой наклейке [Гали Федоровна часто наклеивала на страницы писем вырезанные из открыток цветы или пейзажи. - В. С.], стоят сейчас у меня в вазе передо мною. Даже ещё более махровые и крупные. Нынче что-то их - урожай. А в открытое окно из сада тянет пряным ароматом персидской сирени, которая уже доцветает, но цвела почти всю вторую половину июня... Я сдала машинистке уже месяц тому назад большой сборник материалов о Н. А. Чарушине, а она ленится... Поэтому я просто не знаю, когда дождусь от неё готовой рукописи сборника. А мне хотелось бы показать его Вам. Задумала я и другой сборник работ Н. А. Чарушина (автобиографических и по истории краеведческого отдела), но это уже вряд ли раньше осени, а то и зимы, удастся осуществить, судя по темпам машинистки.

Спасибо, что подсказали о статье насчет краеведения в "Знании - сила", я её не видела. По всей истории краеведения Кировской области я довольно подробно самостоятельно разработала тему развития краеведения в 1920-1930-х.

1991. 12 января.

Меня обескураживает мой теперешний образ жизни, когда я стала с октября 1990 г. "ни богу свечка, ни чёрту кочерга". Работать не в состоянии, а без работы мне ведь и жизни нет! Я все время предполагала, что я умру с размаху, во время работы, а тут пришлось попасть в такое нелепое, беспомощное и бессмысленное состояние! Не жить, а прозябать!..

1991. 31 января.

...Да, в 1919-м году было весьма голодновато и плохо со снабжением. Я в те годы жила в Петрограде, получала по карточкам только хлеб (помнится - 400 г), помню абсолютно пустые продовольственные магазины. А питались в столовых кое-как, там иногда в буфетах можно было что-то купить... Вот, значит, Н. А. Чарушина уже в 1930-м году стали беспокоить снова обысками... Жестокое время!

У нас завернули довольно свирепые морозы, аж до 40 градусов. Померзнут у бедных садоводов плодовые деревья...

Конечно, очень огорчает, что не могу больше читать. Бывало, если плохое настроение, или устанешь от текущих дел, понервничаешь и хочешь отдохнуть и успокоить нервы - ложишься с книгой на диван и всё забываешь, зачитавшись или любимыми старыми книгами, или каким-нибудь интересным современным произведением. Особенно успокаивало и отвлекало чтение романов Вальтера Скотта и Чарльза Диккенса, а также драматургии Ибсена, Б. Шоу, Шекспира и Горького. А сейчас для усмирения нервов глотаешь валериану вместо книг!

1991. 11 марта.

От Вас получила уже давно пакет с письмом, статьей о газетах Чарушина и с вырезками о Камчатке.

Прошли у нас вторые Герценовские чтения. Очень досадно, что я уже не в состоянии была на них присутствовать. Много интересных людей на них съехалось...

Понемножку вожусь с приведением в порядок личного своего архива и библиотеки. Какую-то часть выбросила, что-то уже спровадила в б-ку Герцена, что-то отослала в Самарскую обл. б-ку, где бережно хранят некоторые мои рукописи и используют их, в частности, о П. В. Алабине, ведь до сих пор там ещё не забыли, что я работала в 1933-1938 гг. в Самарской обл. б-ке...

Решила послать Вам вырезки о Петряевских чтениях. Возможно, что Вам их уже прислали?

1991. 12 апреля.

У нас в Кирове, как и везде, цены на продукты повышены, а продуктов в магазинах не прибавилось... Я, например, только что доела мартовскую курицу, а вчера купила апрельскую за 5 р. А мне одной курицы аж на 10-12 дней хватает питаться! И молока побольше стали доставлять в магазины, теперь уж можно его купить и среди дня, а не только в 8 часов утра, как было до 1 апреля.

С книгой моей все то же, т. е. "улита едет - когда-то будет".

Я всё понемножку занимаюсь приведением в порядок своих архивов... Сейчас закончила приводить в порядок поэтическое наследие моего брата-поэта, очень талантливого ребенка, умершего в 11-летнем возрасте от тифа в 1920 году. Подготовила на машинку сборник его произведений, чтобы они имелись и у моих внуков и племянников.

1991. 27 июня.

Я, уйдя в 1960 г. на пенсию, работала в краеведческом отделе 30 лет безвозмездно, ...подарила краеведческому отделу более 150 названий своих трудов... Все это перепечатывала за свой личный счет и переплетала также в городской переплётной мастерской, потому что б-ка на могла обеспечить меня и мою работу машинисткой и переплётом... А ведь моя пенсия была сначала, с 1960 г. - 60 руб., потом в 1970-х повысилась до 75 р., и в 80-х гг. до 95 р. Конечно, помогали мне оплачивать свои работы некоторые полученные мною за эти 30 лет гонорары от публикаций моих работ в печати, но публикации были не столь частыми, а гонорары не столь обильными... Вот видите, как я расхвасталась перед Вами о своих "подвигах", но не осуждайте, т. к. позволительно на грани жизни подвести итоги по всем статьям, а ведь кроме меня самой этого сделать некому.

Вот ещё интересный факт в связи с подведением мною итогов жизни. Как бы Вы думали, каковы истоки моего увлечения краеведением? А оказывается, история тянется от 10-12 летнего возраста! Я ведь начала читать очень рано, в четыре года. В 10-12 лет я увлекалась, в основном, приключенческой литературой; у нас в семье была полка с произведениями Луи Буссенара, Луи Жаколио, у дедушки в библиотеке имелось довольно полное собрание романов Жюля Верна и Фенимора Купера. У меня пробудилась огромная жажда "познать весь свет" с его "необитаемыми островами", таинственными тропиками и т. д. и т. п. В гимназии я очень полюбила уроки географии и читала много географических книг, в частности, о путешествиях и открытиях таких знаменитых географов, как Семёнов Тянь-Шанский, Н. М. Пржевальский... Кроме того, в детстве я довольно много ездила по Европейской части России. Жила я и училась сначала в Новгороде на Волхове, потом в Петербурге, была знакома с Новгородской и Петербургской губерниями, а кроме того, с Тверской, откуда пошел род Чудовых, т. к. дед мой из тверских государственных крестьян...

В 12 лет я мечтала о том, что стану ученым-географом, путешественницей, исследовательницей... Однако жизнь сложилась совсем по-другому. А всё-таки открытие одной-единственной "неизведанной страны" для себя я сделала в 1941 году, попав в Кировскую область во время военной эвакуации. Такой страной стал для меня Вятский край, изучение и исследование прошлого и настоящего которого увлекло меня полностью, и я посвятила ему 50 лет своей жизни... Географом не стала, зато стала краеведом. Одно другого стоит!

1991. 28 сентября.

...Посылаю две подборки "Родников" из "Кировской газеты" с моими статьями ["Родники" - краеведческая страница, закрытая редакцией якобы по причине того, что она не пользуется популярностью у читателей. - В. С.]. Спасибо В. К. Семибратову [историк, этнограф, журналист - В. С.] - печатает их, несмотря на длинноты. Видите, я всё разбираюсь со своими домашними "архивами". Кое-что попадается из старых записей, что можно сейчас использовать для публикации. Всё-таки краеведческая какая-то информация получается.

Ко мне 10 августа приезжали сын и младший внук из Перми. Правда, пробыли недолго, до 15 августа, но для меня это посещение было, конечно, радостным событием. Светлана Петровна 23 сентября уехала в Набережные Челны на какой-то краеведческий семинар, созванный Советским фондом культуры. Вчера она вернулась, много впечатлений. Интересно: съехались краеведы союзных республик - из Белоруссии, Украины, Казахстана и др., а от областей и краев РСФСР были единицы, хотя организаторы ожидали "гостей" человек 200, а съехалось 67 человек. И даже в фонде культуры драчка межу союзным и республиканским фондами. Ведь одно только противопоставление, раздор, вместо совместной созидательной деятельности...

1991. 18 октября.

У нас тоже пока что теплая осень, хотя листья с деревьев уже опали, но период "золотой осени" в сентябре был довольно длительный и приятный...

Я не знаю, чем всё-таки объяснить религиозность современных детей школьного возраста. Видимо, для детского восприятия - всемогущий бог есть олицетворение какого-то чуда, какой-то сказки. Ведь вот я росла в атмосфере официальной религиозности в 1904-1917 гг., учила в гимназии Старый и Новый завет, получала по Закону Божьему пятерки, т. к. уж очень складно отвечала на уроках эти самые ветхозаветные и новозаветные сказочки, а сама ни чуточки не верила в бога ни в каких возрастах. Наоборот, просто, "скрепя зубы", посещала обязательные богослужения с гимназией, на которые гоняли во все религиозные праздники и в многочисленные "царские дни" (дни именин и рождения особ царствующего дома). Аккуратно теряла в церкви сознание от долгого стояния и заново падала, меня замертво выносили, но от служб не освобождали. Осталось на всю жизнь ощущение от религии, как от чего-то давящего, мешающего жить свободно. Отсюда и атеизм на всю жизнь. Но ведь у меня семья была атеистическая, отец и мать не верили ни в бога, ни в черта, и даже дед с бабушкой были атеистами. Правда, бабушка с молодости была религиозной, а в старости пришла к безверию, видимо, жизнь выучила, да и дети повлияли, т.к. все оказались безбожниками. Первый - мой отец, а за ним и младшие его два брата. Но я помню, как она всегда подхватывала мелодию "Коль славен наш Господь в Сионе", когда я распевала ее. Я очень любила петь, у нас в семье пели и отец, и мама, и особенно второй брат отца, мой дядя Арсючок (Арсений), обладавший абсолютным слухом. Однако, хоть меня гоняли в церковь, я ни одной молитвенной мелодии не запомнила, и в голову не приходило петь их, а вот "Коль славен" мне почему-то очень нравилось петь, даже и не помню, кто меня научил, может быть, и сама бабушка. До сих пор я для себя не выяснила, чье же это произведение, то ли Львова, то ли Бортнянского, а может, кого-то из их современников. Но дома-то у нас пели или народные песни, или романсы, или даже из опер и оперетт.

Я, кажется, не читала Вашу статью о Колокольникове в "Уральском следопыте", надо будет прочесть, чтобы мне его принесли из библиотеки. Вот судьба Максима Ивановича Невзорова очень меня заинтересовала в своё время, когда я работала над книгой "В те далекие годы" о краеведении до революции.

Мне сейчас облегчило мой быт участие районного фонда милосердия: ко мне прикрепили женщину, которая носит мне из магазина продукты (с 3 октября, уже полмесяца), уплатила за квартиру, сдаёт пустые бутылки из-под молока. Я ведь по состоянию здоровья не всегда могу выходить из дома, даже недалеко.

Семибратов поместил в "Родниках" еще одну мою статью, но я пока не раздобыла дублетов этого номера "Кировской газеты".

1991. 7 ноября.

Я все-таки поздравляю Вас с 74-й годовщиной Октября, т. к. считаю Октябрь 1917-го великой переломной датой в судьбах всего человечества, причем с самыми лучшими чаяниями и надеждами. Был огромный подъём народных сил, огромный энтузиазм, я ведь сама всего этого свидетельница и участница. А с 1927 года (примерно) начала уже давать себя знать сталинщина, достигшая апогея в 1937 г., когда почти все рядовые кадры настоящих, идейных большевиков-ленинцев одним махом были уничтожены по всем областям и краям страны. И я тоже была свидетельницей и, даже в какой-то мере, пострадавшей...

В Кирове у нас плохо, очень плохо с отоплением, а ведь зима ещё и не началась. А она даже в природном отношении очень скверно себя проявляет: морозы и морозы без снега, земля промерзает, ведь всё может вымерзнуть...

Я кое-как пока держусь, хотя мне очень трудно, зрение ухудшается, осталось от него процентов 35, а слух - процентов 25, а то и 20. Ну, конечно, возрастная слабость, недостаток питания и т. п.

1992. 1 февраля.

Да, "Родников" очень жаль, но ведь газета еле дышит и уже собирается с ежедневной перейти на 3-х разовый выпуск в неделю - ясно, - места для "Родников" уже не будет хватать. Я В. К. Семибратову в декабре отправила две статьи, одну из них он сумел опубликовать 14 января, это о котельничском химике-самоучке Захаре Боброве. А вторую, вероятно, не сумеет поместить. Но я уже больше не в состоянии писать статьи, даже если бы существовала надежда их опубликовать.

...В мою маленькую комнату хлынула вода, затопила весь угол. Дырявая крыша не очищалась от снега, а наступило потепление с нулевой температурой, он, видимо, продавил дыру ещё сильнее и стал таять. Залило комнату в 4-м этаже надо мною и просочилась вода ко мне, а у меня в том углу как раз стеллаж с книгами. Вчера пришли на помощь из б-ки Светлана Петровна [Кокурина], Валерия Николаевна [Колупаева] и более молодой работник Галина Симонова... Они разгрузили мой стеллаж и перебазировали его...

Кончила воспоминания "Это было в Самаре". Получилось довольно объемно - 250 стр. на машинке. Отдала три перепечатанных экземпляра в б-ку Герцена, чтобы переплели... Потом 2-й экз. перешлю в Самару, а один - на полку в краеведческом отделе...

Закончила еще продолжение своей автобиографии за 1981-1991 годы. Получилась всего на 89 стр. на машинке.

1993. 11 января. Пермь.

Декада нового года пролетела молниеносно, почти вся была нерабочей, и я рада, что мои труженики - сын, невестка и внук, хоть чуточку отдохнули от работы и домашних забот, а то ведь им даже обычных выходных на неделе не хватает для всяких дел.

Я все продолжаю помаленьку рифмовать.

Поздравлений с Новым Годом
Получила я немало,
Это связь с людьми, с народом, -
И от них мне легче стало!
Эти письма утверждают -
Жизнь моя не зря прошла,
И ещё не умирают
Мои мысли и дела.
Я себя не "обожаю",
И собой не восторгаюсь,
Себялюбье презираю,
От корысти отрекаюсь;
Ничего-то мне не надо,
Кроме ласкового слова, -
Лишь оно - моя отрада
В мире бедствия людского.
Год имеет знак звериный:
Гордый облик петуха.
Но крикун неутомимый
Нас не радует пока.
И гадаем мы печально:
Что-то ждет нас впереди, -
Вновь пойдем дорогой дальней
По тяжелому пути?

С Кировом все время держу тесную связь.

...Всё же просмотрела своего любимого "Конька-Горбунка", которого чуть ли не в пять годков знала почти всего наизусть. Сейчас, к старости, подзабыла, и обрадовалась ему, как старому приятелю, случайно обнаружив в домашней б-ке сына (у них большая б-ка).

"Сказка - ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок!" Действительно, обдумывая суть "Конька-Горбунка", много нашла в нём народной мудрости и предвиденья, вернее - прозорливости. Сопоставила характеры "умных" братьев с характером "Ивана-дурака". Они - себялюбцы, недобросовестны в делах, трусливы, лживы, лицемерны, жестоки в отношении младшего брата, корыстолюбивы до подлости, а у Ивана - ни одного их этих качеств нет! А сам Конёк-Горбунок - это, по-моему, воплощение человеческого разума, обогащенного познанием о мире, его странностях, тайнах, пространстве, и в этом познании - залог человеческого изобретательства для защиты от всяких трудных ситуаций. И Царь-девица, эта "космическая" красавица (дочь Месяца и родная сестра Солнца), - олицетворение красоты, но красоты абстрактной, холодной и даже жестокой.

Ну, расфилософствовалась! Волей-неволей занимаешься всякими умозаключениями, пока лежишь днем одна. Ведь внешних впечатлений из-за глухоты и слепоты нет почти никаких. Даже радио мне изменило, я его, лежа, слушала в наушниках, а сейчас оно стало очень глухо и неразборчиво говорит, редко удается послушать.

Я была рада сообщениям из б-ки Герцена, что конференция, посвященная 125-летию П. Н. Луппова прошла неплохо, широко.

А когда мы с Вами дождемся подобной конференции по Н. А. Чарушину?! Вон, в Самаре, объявили 1993 год "годом Алабина"!

1993. 9 апреля. Пермь.

Я хочу Вас попросить помочь мне восстановить в памяти некоторые исторические даты (в связи с моим увлечением В. Скоттом)...

1993. 6 мая. Пермь.

Сейчас получила Ваше письмо с вложенной открыткой с видом Петропавловска. Большое спасибо за историческую консультацию, т. к. вообще-то основательно забыла историю Европы...

В Самаре прошла широкая научная конференция 21-22 апреля "Алабинские чтения". Я не помню, писала ли Вам, что самарские краеведы 1993 год объявили "Алабинским годом", чтобы шире информировать самарян о его жизни и деятельности. Так вот, мне оттуда прислали брошюру в 95 стр. - тезисы докладов на "Алабинских чтениях", много интересных тем, и узких, и широких. На одной из секций слушали сообщение библиографа Самарской обл. б-ки на тему "Г. Ф. Чудова - биограф П. В. Алабина". Так что я могла прочесть тезисы к этому докладу. А из Кирова мне сообщили, что выписали в б-ку Герцена по МБА и Московского государственного института культуры работу аспирантки Елены Кареевой, написанную в 1990 г. - "Преемственность в краеведческой библиографической науке и практике (на примере Г. Ф. Чудовой и В. А. Николаева)". Елена Кареева - очень способная аспирантка, чрезвычайно интеллигентная и прелестная внешне молодая женщина, я знала, что она что-то обо мне пишет, и сделала в институте сообщения о моей работе, начала она, по-моему в 1980-х годах. То, что она подавала меня рядом с В. А. Николаевым (ныне покойным, умер еще молодым), мне лестно, т. к. он в библиографическом мире почитается одним из "классиков" краеведческой библиографии.

...Я составила хронику исторических событий, отраженных в 22-х романах В. Скотта. Хочу поделиться с Вами своим трудом. Может, пригодится Вам?

1993. 9 мая. Пермь.

[О хронике романов В. Скотта]. Её я составила в основном по памяти за последние месяца три, но, конечно, в уточнении дат и в написании имён героев романов мне помогли (кроме Вас) моя сестра из Ижевска и моя большая приятельница в Кирове, у которой остались ключи от моей квартиры и она могла по моей просьбе уточнять имена и даты по 20-томному собр. соч. В. Скотта, имеющемуся в моей домашней библиотеке.

Ваша книга доставила мне радость, ведь это большое событие - в наши-то дни издать книгу, да еще на целых 12 печатных листов и довольно большим тиражом! [Речь идет о книге "Страницы истории Камчатки. Дореволюционный период" - В. С.] Интересно, каким образом она будет распространяться, какими организациями? Прочитать её полностью я уже не в силах... Но просмотрела её постранично, хотелось понять систему расположения такого большого материала, прочитала все заголовки и подзаголовки, по возможности иллюстрации. Материал богатый, расположение очень логичное, вполне понятное. Даже мой сын очень заинтересовался книгой... Говорит - интересный и познавательный материал, написана хорошо.

1993. 22 августа. Пермь.

Я лежу, слушаю радио... Недавно вспомнила, что у любимого мною Гейне есть поэма, или баллада (точно не помню) о битве при Гастингсе в Англии в 1066 году, когда Вильгельм Завоеватель сразился с саксами, населявшими Англию, и, победив в этом сражении, стал властителем Английской земли.

1994. 2 января. Пермь.

Стих о посещении Эрмитажа в 20-х годах.

В Эрмитаже я ходила
По египетским по залам.
Интересно очень было -
Саркофаги там видала.
А среди предметов древних,
Размещенных в этих залах,
Даже мумия царевны
В саркофаге возлежала.
Увлекаясь древним веком,
Узнавала фараонов
Из времен Аменхотепов
Или же Тутанхамонов.

1994. 11 февраля. Пермь.

У меня все по-старому, перемен особых нет, только зрение все ухудшается.

1994. 18 апреля. Пермь.

Пишу Вам, видимо, последнее письмо, т. к. уже почти ничего не вижу, одни тени. Ваше письмо о заносах на Камчатке не могла сама разобрать. Мне его читал вслух сын. Чувствую себя и в остальном плохо.

1994. 5 августа. Пермь.

Получила от Вас бандероль с "Вятскими "нигилистами"", но, увы, ничего не могла в Вашей книжке прочитать, хотя так было заманчиво! Но "близок локоть, да не укусишь". Уже не разбираю совершенно печать, а пишу сама почти ощупью, с большим трудом. Читать вслух мне никто из окружающих не может, все очень заняты борьбой за существование и им не до меня. Не знаю, как я дальше буду жить, совсем слепая...

1994. 9 декабря. Пермь.

К 90-летию я получила 5 теплых телеграмм и 8 писем, а от б-ки Герцена - 50000 р., большую коробку конфет "Птичье молоко" и толстый том краеведческих статей, в котором помещена и моя большая статья о П. Н. Луппове, написанная в 1990-91 гг. Но читать этот сборник я уже не в состоянии. Пишу Вам ощупью. Не знаю, как разберете мои каракули.

Дома тоже было отмечено моё 90-летие хорошим (по нынешним временам) обедом - пироги с капустой, сосиски...

Соседка по лестнице, приятельница моих детей, поздравила меня плиткой хорошего шоколада и двумя небольшими апельсинами. Ну, а сейчас снова будни, снова перебиваемся с картошки на капусту и с капусты на картошку, а хлеб - вприглядку.

Тут слышала по радио, что снова трясло Ваш Петропавловск. Конечно, очень за Вас встревожилась. Хоть бы Вы как-то перебраться в Вятку! Меня обрадовали поздравления, присланные из Ленинграда от библиографов Гос. публ. б-ки им Салтыкова-Щедрина. Ещё, оказывается, не порвались связи с моим любимым городом...

Надо иметь очень большое терпение, чтобы [нрзб] в полном иногда одиночестве. Мучает тревога за обоих внуков, за сестру с семьёй, за моих племянников [нрзб], которым и без меня-то не легко, а тут ещё заботы обо мне, словно о малом ребенке. Ну, а про всякие недомогания и писать не хочу, хоть и они [нрзб] пугают.

Увы, 90 лет - это не сахар...