Главная > Выпуск №36 > Из судебно-следственного дела

Из судебно-следственного дела

о возникновении и прекращении паломничества к часовням Пламенных младенцев в Белохолуницком районе Нижегородского края (1929–1931 гг.)

Е. Н. Чудиновских

Судебно-следственное дело № 8727 сохранило историю возникновения в конце XIX века паломничества к часовням Пламенных младенцев в Слободском уезде Вятской губернии (на момент создания дела – Белохолуницком районе Нижегородского края). Оно зафиксировало ход расследования возникновения почитания Пламенных младенцев, которое в 1929–1930 гг. было очень активным. Следствие производилось с целью ликвидации паломничества к святым местам, когда оставалось последнее средство – закрыть церковь, физически уничтожить священство и монашество (в Белохолуницком районе после закрытия Слободского Христорождественского монастыря жили некоторые его бывшие насельницы), прославлявших местные святыни. Для этого следователям пришлось вернуться к истокам события, в 1883 год, когда и произошло сожжение младенцев, и чуть позднее, когда возникло их почитание. На тот год ещё были живы свидетели тех событий, которых удалось допросить.

Дело было заведено Вятским окружным отделом Объединённого государственного политического управления. Сегодня оно хранится в КОГБУ «Центральный государственный архив Кировской области». Дело передано на государственное хранение из  архива УФСБ по Кировской области в 2000 году и содержится в фонде № П-6799 «Уголовно-следственные материалы на лиц, подвергшихся политическим репрессиям и реабилитированных в установленном законом порядке, Управления федеральной службы безопасности Российской Федерации по Кировской области» в седьмой описи с пометкой СУ (снятое с учёта).

Появлению этого дела предшествовали следующие события.

В 1927 году вышла в свет декларация заместителя Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Ивана Страгородского), провозглашавшая лояльное отношение к советской власти. Многие видные иерархи, духовенство и верующие не приняли этой декларации и не признали «нового курса», назвав его «сергианством». Они и образовали Истинно-Православную Церковь (ИПЦ).
Одним из первых, кто открыто выступил против «сергианства», стал епископ Глазовский Виктор (Константин Александрович Островидов). Вокруг него сформировался круг последователей из числа духовенства и мирян Вятской и Вотской епархий. Это движение стало известно под именем «викторианства» – одного из течений Истинно-Православной Церкви. Деятельность последователей ИПЦ с самого начала её возникновения была запрещена властями. Признание в принадлежности к её течениям было равносильно признанию в государственном преступлении. А признание в верности епископу Виктору было равносильно признанию в принадлежности к ИПЦ.
Тогда же наметился новый виток гонений на религию и Церковь со стороны власти. В начале 1929 года за подписью Л. М. Кагановича на места была отправлена директива, в которой подчёркивалось, что религиозные организации являются единственной легально действующей контрреволюционной силой, имеющей влияние на массы. Этим фактически была дана команда к широкому применению административных и репрессивных мер в борьбе с религией.
8 апреля 1929 года ВЦИК и СНК СССР издали постановление «О религиозных объединениях». Этим постановлением священнослужители исключались из состава «двадцаток», религиозным объединениям воспрещалась благотворительная деятельность, частное обучение религии.
В ходе исполнения этого постановления уничтожались православные святыни, храмы, арестовывались священнослужители и миряне.

Часовня Пламенных младенцев около Спасской церкви пос. Климковка. 2017–2018 гг.
Часовня Пламенных младенцев
около Спасской церкви пос. Климковка.
2017–2018 гг.

Дело содержит 434 листа. Ряд документов публикуется в извлечениях из-за повторяющегося или второстепенного материала. Датируются публикуемые документы с 2 апреля 1929 года по 30 мая 1931 года. В деле листы расположены хаотично, не по хронологии и логике событий. Мы же расположили их последовательно, чтобы яснее можно было представить себе ход событий,  поэтому нумерация листов не совпадает с порядковыми номерами публикуемых документов. Все документы публикуются впервые. Текст каждого документа снабжён редакционным заголовком, который содержит общую характеристику документа. Это оговорено в заголовках документов, где имеется предлог «из», например, «из протокола...». В тексте пропущенные части обозначены отточием. Язык и стиль документов сохранены полностью. Текст приводится в соответствии с современными нормами орфографии и пунктуации. Опечатки и ошибки исправлены без оговорок. Пропущенные в тексте и вставленные необходимые по содержанию слова или части слов, имеющие смысловое значение, взяты в квадратные скобки. Каждый документ сопровождается сведениями, указывающими его подлинность.

№ 1
Письмо заведующего агитационно-пропагандистским отделом Климковского волостного комитета ВКП(б) и председателя волостного совета Союза безбожников пос. Климовский в Вятский губком ВКП(б) с просьбой о помощи в размещении в газетах материалов о паломничестве к часовням Пламенных младенцев
2 апреля 1929 г.

Агитпропкомиссия Климковского волостного комитета ВКП(б) Омутнинского уезда Вятской губернии1 решила обратиться к Вам за содействием в нашей работе. Местная здешняя особенность – это широкое «развитие религиозности». Главным показателем здесь служат «сгоревшие пламенные младенцы». Лет свыше 40 назад умалишённым отцом были заживо сожжены трое малолетних детей. Церковь подхватила настоящий факт, приписав сожжённых к «лику святых». Выстроены часовни (одна на заводе и другая на месте их сожжения в дер. Подгорянской2). Церковью же распространён слух о совершаемых чудесах этими младенцами. Отсюда – большая вера в их загробную жизнь. Часовни этих младенцев пользуются большой популярностью, а в итоге на месте здесь [видны] бесчисленные вереницы паломников, идущих служить благодарственный молебен или панихиду. Паломники идут и из дальних уголков Вятской губернии, Северо-Двинской, из Уральского округа и др. Идут пешком, едут на лошадях. А затем, отслужив панихиду, церковники из «святого колодца» им дают в бутылочки воды – «слёзы младенцев» или горсточку земли с могилы сгоревших. Приходят больные, среди них заразные, тут же умываются и воду выливают (как «святую» обратно в колодец). Приезжают на чесоточных лошадях, а отсюда распространение по району чесотки. А самое главное – это распространение всевозможных слухов и небылиц. Слухи о войне, о страшном суде – всё это исходит из уст приходящих паломников.

На месте здесь работают 4 ячейки Союза безбожников3. После годичной их работы уже сейчас подготовлена почва к ликвидации этой часовни. На днях, заслушав доклад о работе ячеек, агитпропкомиссия вынесла решение: «Напрячь все силы к делу ликвидации часовни». К выполнению этого привлекаются все культурные силы. Равно вынесено и решение обратиться к редакции «Вятская правда» и «Вятская деревня» о их помощи нам. Мы будем делать им систематический материал о совершаемых фактах паломниками и лжи с чудесами пламенных младенцев с тем, чтобы этот материал систематически освещался на страницах этих газет. Но первые наши начинания в этом деле терпят крах. Посланные нами первые материалы не нашли отклика со стороны редакции газеты «Вятская правда», несмотря на личную их передачу нами (не по почте) тов. Ануровой. Материал, видимо, сейчас уже затерян, нами сейчас подготовлен и подготавливаются следующие материалы, но факт их не помещения (первых материалов) наталкивает нас на мысль на бездушное отношение к нашей работе редакций этих газет.
Мы просим сейчас ещё и Вашего содействия, отдельно указав этим редакциям на помещение наших материалов, ибо это имеет не только губернское значение, но и далеко переходящее наши вятские границы.

Выражаем полную уверенность в Вашей помощи. С приветом к вам.
Зав. АПО волостного комитета Турундаев.
Председатель волостного совета Союза безбожников Климковки Шабалина.
Верно: делопроизводитель ГК Елсуков.
Помета: В[есьма] срочно. ГО ОГПУ. Для сведения и принятия соответствующих мер по своей линии. Пом. зав. АПО ГК: подпись.
Л. 2–2 об. Заверенная копия.

№ 2
Акт обследования колодца, находящегося в дер. Больше-Подгорновской у часовни Пламенных младенцев
5 сентября 1929 г.
Мы, нижеподписавшиеся, врач Климковской народной больницы Кашина А. Г., заместитель председателя Совета Пивоваркин И. Я., в присутствии понятых починка Б[ольше]-Подгорновского Воронина К. Уст., того же починка Воронина Дм. Иван., составили настоящий акт об обследовании колодца, находящегося в дер. Подгорновской у часовни Пламенных младенцев.
Нашли: колодец расположен от линии дороги – один метр; почва вокруг колодца глинистая; обруб колодца над почвой высотой около одного метра; глубина колодца, обруба – около 7 метров; состояние обруба удовлетворительно; отверстие колодца закрывается крышкой, сколоченной из двух досок; вода из колодца достаётся ведром, которое лежит около колодца без всякого присмотра; ведро покрыто ржавчиной. Вода из колодца достаётся верёвкой, на которой есть цепь через ворот. Вода содержит небольшое количество мути, на вкус – безвкусная и без запаха, колодец является в общем пользовании близлежащих домов.

Рядом с колодцем, на расстоянии четверти метра, стоит часовня Пламенных младенцев, где происходят молебны, периодически – во время полевых работ, в остальное время – почти каждый день. Вода из этого колодца для богомольцев достаётся особым ведром, которое хранится в часовне; богомольцы берут воду как святую в бутылочки, которые разносят по домам для лечения.

Рядом с колодцем богомольцы, чаще заразные больные, этой же водой умываются, а также обливают себя сверху.
Комиссия по осмотру постановила: <...> этот колодец изолировать от часовни, не разрешать пользоваться этой водой молящимся по вышеуказанным причинам или же совершенно снести эту часовню и колодец.
Подлинное подписали:4
Верно: секретарь Елёвского сельсовета Кошурников.
Л. 13–13 об. Заверенная копия.

№ 3
Выписка из акта приёма и передачи часовни в дер. Больше-Подгорновской
14 сентября 1929 г.
Мы, нижеподписавшиеся, председатель Елёвского сельсовета Кулаков Ф. Х., член Петропавловской церковной общины Кошурников Ф. В., в присутствии понятых деревни Б[ольше]-Подгорновской Воронина А. С. и Воронина И. П., агента УР Шитов и стар. м-ра5 Шитовой составили настоящий акт на приём и передачу часовни в дер. Б[ольше]-Подгорновской нижепоименованных предметов:
1. деревянное здание часовни в столбах, обшитое тесом, 5х4 1/2 аршин – 1;
2. колодец рядом с часовней – 1;
3. бадья – 1;
<...>
15. миска фарфоровая – 1;
<...>
18. наливок маленький – 1.
Подлинное за подписями.
Верно: секретарь Елёвского сельсовета Кошурников.
Л. 13 об. Заверенная копия.

№ 4
Выписка из протокола заседания президиума Белохолуницкого райисполкома о закрытии часовен Пламенных младенцев
3 октября 1929 г.
<...> Постановили:
1. принимая во внимание разлагающее влияние бывших монашек, проживающих в пределах б[ывшей] Климковской волости (Климковский, Елёвский и Тамышевский сельсоветы) на окружающее население, наличие антисоветской агитации, просить окрисполком о выселении монашек из пределов Елёвского, Климковского и Тамышевского сельсоветов, удалённых от центра района;
2. постановлением окрисполкома от 29 сентября 1929 г. № 7/23 в районе бывшей Климковской волости закрыта одна часовня Пламенных младенцев (в Кошурковке6), в то время как их имеется две одного названия (не закрыта в церковной ограде в Климовке, 3 – Манигорская, выстроенная в честь коронования Николая II и 4 – на «Боровке»). Ходатайство ВИКа, населения и общественных организаций о закрытии касалось всех часовен, а не одной часовни в дер. Кошурковке, ввиду чего просить окрисполком о пересмотре материала по ходатайству бывшего ВИКа о вынесении решения о закрытии всех 4-х часовен.
Выписка верна: секретарь РИКа: подпись.
Копия верна: старший делопроизводитель ОИКа Чайкин.
Л. 11. Заверенная копия.

№ 5
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ рабочего, члена ВКП(б), Воронина Михаила Григорьевича, племянника Пламенных младенцев
25 января 1930 г.
<...> Показал: Пламенные младенцы являются моими родными дядьями, а моему отцу родными братьями <...>.
Вскоре после похорон сожжённых младенцев попы воспользовались этим случаем, стали говорить, что они святые и т. д. Была создана молва, что в доме убитых младенцев стали появляться тени, что по этой причине происходят различные заболевания и т. п. вещи. Суеверное население поверило этому, стали делать различные обещания при болезнях, покупали свечи, служили молебны, приносили церкви пожертвования и т. д., в результате попы сумели построить две часовни – в заводе Климковка и дер. Подгорновской на том месте, где стоит дом, в котором были сожжены младенцы.

В настоящее время из близких людей сожжённых младенцев имеются: мой отец Воронин Григорий Егорович, 56 лет. Живёт в заводе Климковка, на пенсии, и его брат Воронин Кирилл Егорович, 58 лет. Живёт тоже в заводе Климковка, на пенсии. Кроме того, жива ещё сестра моего отца Мария Егоровна7, живёт в починке Полуэктовский Климковского сельсовета. Все они являются родными братьями и сёстрами Пламенных младенцев. Уехали из дер. Подгорновской сразу же после сожжения.

В 1926–1927 гг. я, будучи от[ветственным] секретарём партячейки района, в который входит Подгорновская деревня, имел возможность наблюдать, что паломничество в то время имело настолько большие размеры, что нередко в день приходило к часовне до 25 богомольцев в летние месяцы, и каждый тут оставлял по пять-шесть рублей. Естественно, что такой большой приток денег подталкивал попов раздувать значение и святость сожжённых Пламенных младенцев. Часовня год-полтора тому назад в деревне Подгорновской закрыта и сломана. В заводе же Климковка до сих пор существует, и посещение таковой до сих пор продолжается, причём посещение как будто не сократилось. За ликвидацию Климковской часовни ранее велась некоторая работа со стороны партячеек, но за последнее время этого ничего не делается. Союза безбожников в районе не существовало, и только теперь находится в стадии организации. Как относится население к ликвидации часовни, сказать трудно, т. к. никакой подготовительной работы по этому вопросу не проводилось. Всё же надо сказать, что если рабочие на 80 % будут согласны на закрытие, то большинство крестьянства, в частности женщины, будут против.
Надо добавить, что при Подгорновской часовне был колодец, из которого производилось омовение, т. к. воду считали святой8, но данный колодец вместе с закрытием часовни был зарыт.
Записано верно и прочитано, в чём расписался Воронин.
Уполномоченный Вятгоспу по Слободскому уезду: подпись.
Л. 192–194. Подлинник.

№ 6
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ пенсионера Воронина Григория Егоровича, брата Пламенных младенцев
26 января 1930 г.
<...> Показал: Пламенные младенцы, которых население считает святыми, являются моими родными братьями. Сожжение их произошло 2 февраля 1883 года. Дело произошло так.
У моего отца семья была очень большая, состояла из жены, дочери Марии и 5 сыновей: Кирилл, Григорий, Дмитрий, Илья и Василий. В то время мне было 10 лет, а сожжённым Дмитрию – 7 лет, Илье – 4 года и Василию – 2 года. Отец наш жил бедно, подрабатывал на лошади, возил дрова. Перед сожжением месяца за два он захворал, у него заболели глаза, и работать не мог. Когда у нас стал на исходе хлеб, мать послала меня и Кирилла сбирать [милостыню] в Климковку. 2 февраля 1883 г. мать приехала за мной на лошади в Климковку, а отец с тремя маленькими сыновьями и дочерью 9 лет остался дома. Оказывается, когда сестра Мария ушла из дома с коровой на водопой, отец потопил вторично печь и сбросал в неё оставшихся дома троих ребят, которые все там сгорели. Когда сестра Мария вернулась домой, то застала их в печке обуглившихся, почерневших. Отец тогда же запер дверь в сени, чтобы она никуда не убежала, и сказал ей, что он ей ничего не сделает.

Когда я с матерью приехал домой, то мы застали только один пепел. Были созваны соседи, отец связан и отослан впоследствии в Вятку, где он и помер через полгода от душевного расстройства, не дождавшись суда. Мы сразу же тогда уехали из дер. Подгорновской в завод Климковку, где и живём по сие время.

Пепел и остатки костей от сгоревших ребят тогда были собраны в горшок и находились почти год со следственным материалом. В октябре месяце 1883 г. этот пепел был послан в Климковку, где и был похоронен заводоуправлением в церковной ограде. Примерно года через два после похорон среди населения стали ходить слухи, что сожжённые младенцы помогают от болезней или помогают находить скот, если им помолиться. Попы этими слухами воспользовались, и в тот же год построили на месте погребения младенцев часовню.

Часовня строилась церковью и на средства её. С постройки часовни стало ходить много богомольцев, и в последние годы перед революцией в летние месяцы приходило ежедневно человек до 50. Когда Климковская часовня стала потом давать большой доход, то елёвскому попу стало завидно. Чтобы добиться, в свою очередь, доходов, елёвский поп перед революцией построил в дер. Подгорновской на месте сожжения младенцев вторую часовню, которую население стало также посещать. Одновременно был выкопан также колодец, который стал считаться святым. Приходящие богомольцы стали брать из него воду, как святую.
В 1929 г. летом часовню и колодец в дер. Подгорновской уничтожили, и богомольцы туда уже не ходят.

Климовскую часовню богомольцы до сих пор посещают и весьма изрядно в летние месяцы, иногда в день до 50 человек. В этой часовне церковная служба бывает 4 раза в год, т. е. 1 января, 24 октября, 21 августа и 2 февраля по старому стилю9. Первые три службы бывают в день именин сожжённых младенцев, а 2 февраля – в память дня сожжения их.
Осенью 1929 г. в Климковке ставился один раз вопрос о закрытии Климковской часовни и 2 других часовен, но дело что-то молчит. Поблизости от завода Климковка есть ещё две часовни незакрытые: в дер. Боровка и в дер. Шабалята. В последней часовне церковной службы не бывает, а только туда ходят богомольцы, где молятся и лежат на колоде в воде, которая льётся из ручейка, выходящего из-под часовни. Лежащие в воде в этой колоде бывают не только летом, но и зимой.
Записано верно и прочитано, в чём росписуюсь10:
Уполномоченный ВятГОСПУ по Слободскому уезду: подпись.
Л. 105–107. Подлинник.

№ 7–8
Из протоколов допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ мастера маслозавода дер. М. Подгорная
7 апреля 1930 г.
<...> Показал: в нашей бывшей Климковской волости священники, воспользовавшись народной темнотой и невежеством, воспроизвели во святые троих детей, сожжённых их отцом в 1882 году11. С целью извлекать доход от этого дела священники построили часовни Пламенных младенцев в Климковке, в деревне Шабалята и нашей деревне Подгоряна.
Климковскую и Шабалятскую часовню обслуживали священники Климковской церкви, а Подгорянскую – священники Елёвской церкви12.

Все часовни имели «святости»:
Климковская часовня имела останки/пепел, кости Пламенных младенцев;
Шабалятская часовня имела колоду, где, как в святой воде, купались паломники;
Подгорновская часовня имела святой колодец, где паломники брали воду из колодца, называемую «священными слезами младенца».
Обслуживающая Подгорновскую часовню Елёвская церковь обслуживала разные духовные запросы паломников, как то: исповедь и т. п., и для лечения зубов имела у церкви ёлку, где больные грызли её.

Ввиду этого бывшая Климковская волость была центром громадного стечения паломников со всех округов, областей, соседних с Вятским округом. Особенно летом было до 100 человек паломников ежедневно.
Осенью 1929 г. Подгорновская часовня и колодец закрыты; позднее закрыта Климковская церковь с часовнями; теперь единственным пунктом тяготения является Елёвская церковь.

Священник Елёвской церкви Двоеглазов Иван Александрович, ярый староцерковник, викторовец13, выходец из крестьян Климковского завода, не духовного звания, бывший делопроизводитель ЗАГСа в Климковском ВИКе. В Елёвской церкви священником служит уже около 3 лет.
За время своей службы в Елёве он сгруппировал около себя большое количество монашек из разных местностей, которые жили за счёт паломничества, а сейчас – за счёт добровольных приношений женщин <...>.

Летом 1929 года в нашу деревню с толпой паломников приходили монашки: Виктория – Ольга Шутова, Анна Шабалина, Татьяна Широких – и в группе крестьян-паломников всем пропагандировали против колхозов, заявляя: «Скоро будет война, и всем предавшимся антихристу будет дано от Бога жестокое наказание». Летом 1929 года в нашей деревне был особенно большой наплыв паломников. Вообще усиленный наплыв начался с 1928 года. Иногда в день было до 4 молебствий в нашей деревне.
После молебствий брали воду из колодца «Слёзы младенцев» и эту воду паломники пили, умывались и обливались, и уносили с собой в бутылочках. Кроме того, уносили землю из-под часовни.
Записано с моих слов верно: подпись.

17 августа 1930 г.
Вторично допрашиваемый гр. показал следующее: ранее данные [сведения] подтверждаю, могу дополнить следующее: хотя часовню Пламенных младенцев и  закрыли, но всё же по настоящее время паломничество продолжает посещать Елёвскую церковь, в частности, священника Двоеглазова, каковой ещё не был арестован, а также монашек, каковые ещё продолжают дела Пламенных младенцев и лечение от недугов. Оставшиеся монашки при церкви в с. Елёво в последнее время работают очень осторожно, судя по тому, что нигде не работают, а в материальном отношении живут неплохо, ни в чём не нуждаясь, приходящие богомольцы останавливаются у монашек на квартире, через каковых ведут антисоветскую пропаганду, и что советская власть нападает на религию и проводимые религиозные обряды притесняют вплоть до ареста. Записано с моих слов верно, протокол мне прочитан, в чём и расписуюсь: подпись.
Допросил сотрудник ОГПУ: подпись.
Л. 109–110 об. Подлинник.

№ 9
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ крестьянки дер. Кошурниковская
7 апреля 1930 г.
<...> Показала: <...> Двоеглазов имеет в своём окружении много монашек, неизвестно на какие средства существующих. «Святая ёлка» осенью 1929 года в с. Елёве была спилена монашками и увезена в лес, а почему-то не распилена на дрова.
Записано с моих слов верно. Прочитано14.
Допросил сотрудник: подпись.
Л. 111–111 об. Подлинник.

№ 10
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ крестьянина дер. Кошурниковской
7 апреля 1930 г.
<...> Показал: я служил церковным старостой Елёвской церкви в течение 1,5 лет, с 1926 по 1927 г. вкл. Наша церковь была викторовской ориентации и таковой она является до сих пор.
Священники нашей церкви обслуживают часовню дер. Б[ольше]-Подгорновской, называемой Пламенных младенцев.
При часовне был сделан колодец. В дни праздников (3 дня) воду в колодце святили, и тоже её брали богомольцы.
В остальное время вода стояла в часовне в чаше, и богомольцы брали воду из чаши в бутылочки и уносили домой.
Записано с моих слов верно. Прочитано. К сему15.
Допросил сотрудник: подпись.
Л. 112–112 об. Подлинник.

№ 11
Протокол допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ секретаря сельсовета из дер. Кошурниковской
7 апреля 1930 г.
<...> Показал: в нашем районе, в Елёвском приходе, примерно в 1918 году, юродивый Влас начал вести работу по организации в с. Елёве монастыря. Специально для монастыря в 1924 году в Елёве был построен деревянный двухэтажный дом натурой; для священника в то время был другой дом. Построенный для монастыря дом в 1926 году был муниципализирован. С 1925 года в село Елёво стали прибывать монашки, сначала две, а потом их стало больше, и проживают они до сих пор.
Постройка монастыря была обусловлена большим наплывом сюда паломников на место сожжения младенцев. В 1910 году был построен столб с иконой, а в 1919–1920 годах построили в этом месте в дер. Б[ольше]-Подгорновской часовню Пламенных младенцев.

Священник Двоеглазов, проживая в селе с 1928 года, и монашки Шутова, Шабалина, Широких в этот период, умышленно, с целью извлечения доходов, проповедовали Пламенных младенцев за святых, распространяли «слёзы младенцев», придерживались викторианской ориентации в церковном направлении, стремились создать в Елёве монастырь.
Более показать ничего не могу. Показание мне прочитано. Записано с моих слов верно.
К сему: подпись.
Допросил сотрудник: подпись.
Л. 113–113 об. Подлинник.

№ 12–13
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ крестьянина дер. Пивоварской
7 апреля 1930 г.
<...> Показал: проживающие в с. Елёве священник Двоеглазов Иван Александрович, псаломщик Якимова Зинаида, монашки Шутова Ольга, Шабалина Анна Ефимовна, Беркалова Пелагея, Широких Татьяна16 и Суслова Анна (сейчас арестованная) являются активными распространителями народного суеверия на территории нескольких сотен вёрст радиуса. Кроме них есть ещё 3 церковника неактивных. Сгруппировавшись в с. Елёве с целью организации монастыря в 1922–1925 гг. монашки, а также священник и лица культа, распространяли суеверия в широких массах следующими приемами:

а) через часовню Пламенных младенцев в дер. Б[ольше]-Подгорной, построенной в 1918–1920 гг. (закрыта осенью 1922 года);
б) через колодец при часовне, со «слезами младенцев», каковые развозили богомольцы в отдалённые районы (закрыта осенью 1929 года);
в) через «святую ёлку» при церкви с. Елёво, каковую использовали для лечения зубов богомольцев (уничтожена осенью 1929 года);
г) через паломничество, особенно в летнее время, достигавшее до 100 человек в день из районов в радиусе 100–250 вёрст;
д) через часовню Пламенных младенцев в заводе Климковке (закрытую в 1930 году);
е) через часовню в дер. Шабалята с колодой «святой воды», где купались богомольцы (закрыта в 1930 году);
ж) через Елёвскую церковь, до сих пор существующую и являющуюся единственным центром паломничества во всём Климковском крае, до сих пор снабжающую паломников «святой водой»;
з) монашка Шутова Ольга способствует распространению суеверия через изображения «святых» на иконах, на игрушках, на ложках. Монашки Шабалина и Беркалова Пелагея распространяют кору от «святой ёлки» и распространяют новые иконы;
и) в 1923–1924 гг. натурой построили для монашек дом для монастыря.

В конце февраля 1930 года монашка Татьяна Широких в с. Елёве в группе крестьянок вела пропаганду против участия в женских делегатских собраниях, заявляя, что «вы там постановляете выселить нас, а если бы вы не ходили на собрания, то было бы меньше голосов против нас, не надо ходить по собраниям...».
Священник Двоеглазов и монашки Шутова, Шабалина, Беркалова, Широких – ярые агитаторы за викторовскую ориентацию, стягивают к себе всех викторианцев из других местностей. Например, из Ильинского прихода сергиевской ориентации священник Двоеглазов завербовал в свой приход на должность псаломщика Якимову Зинаиду – активную викторианку, малограмотную крестьянскую девушку, фанатично религиозную.
В изъятой у Шабалиной записке есть заказ на доски от Шутовой <...>. Доски предназначались на иконы.
Более показать ничего не могу. Показание мне прочитано. Записано с моих слов верно.

P. S. При обыске у Шабалиной и Беркаловой найдена еловая кора, хранимая в бумаге, в коробке, вместе с бельем. При изъятии Шабалина заявила, что «она мне нужна для лечения».
Из-под часовни в дер. Б[ольше]-Подгорной паломники брали землю, отчего образовались ямы, которые пополнялись привозной землёй несколько раз в лето.
Подпись.
Допросил сотрудник: подпись.

Из протокола повторного допроса крестьянина дер. Пивоварской
17 августа 1930 г.
Я ранее данные мной показания подтверждаю. Дополнить могу следующее: хотя часовня Пламенных младенцев уже второй год не существует, но паломники всё же ещё посещают Елёвскую церковь. Нынешней весной, в особенности в июне месяце, числа не помню, мне пришлось поехать в с. Елёво, там я встретил две партии богомольцев, идущих в с. Елёво, человек по 30. Незнакомые мне, как видно, больны. Было много случаев, что богомольцы приходили на место закрытой часовни. Когда в июне месяце я ехал из Климковки с колхозниками артели «Доброволец», то одна партия богомольцев, идущих из с. Елёво, попалась навстречу. Колхозница Кулакова Евдокия спросила о том, куда они ходили, они ответили, что проклятые большевики закрыли часовню, подождите, скоро большевикам будет конец.

Оставшиеся в настоящий момент монашки Шабалина, Якимова и другие продолжают распространять среди населения народные суеверия. В частности, о часовне Пламенных младенцев, на что и живут, ни в чём не нуждаясь. Попутно с религиозными суевериями ведут антисоветскую пропаганду. Большинство населения, т. е. прихода Елёвской церкви, недовольны останками часовни Пламенных младенцев, в частности, монашками, от каковых желают избавиться, как от гнёзд народного суеверия, т. к. всё же ещё продолжают посещать разные больные Елёвскую церковь.
По сему делу дополнить больше ничего не могу. Записано с моих слов верно. Протокол мне прочитан. Подпись.
Допросил сотрудник ОГПУ: подпись.
Л. 114–116. Подлинник.

№ 14
Протокол допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ крестьянки с. Елёво
8 апреля 1930 г.
<...> Показала: в 1924 году в нашем селе Елёве начал организовываться монастырь, для чего прихожане бесплатно построили натурой жилой дом. В 1927 году в наше село приехал священник Двоеглазов Иван, бывший советский работник, с тех пор в нашем селе вокруг церкви стал организовываться монастырь и стали стекаться на жительство монашки. В начале 1930 года, в нашем селе проживали:

1. священник Двоеглазов;
2. псаломщик (фамилия неизвестна);
3. его прислуга монашка Анюта (сейчас арестована);
4. псаломщик Якимова Зинаида;
5. монашка Виктория – Шутова Ольга;
6. монашка Шабалина Анна Ефимовна;
7. монашка Вострикова Павла, убогая;
8. монашка Беркалова Пелагея;
9. монашка Широких Татьяна;
10. церковный сторож – монашка, живёт в церкви.

Псаломщик живёт отдельно; Двоеглазов, Якимова, Шабалина, Беркалова – живут в отдельном доме.
Виктория с Широких живут в доме б[ывшем] Шмакова Петра Алексеевича, а П. Вострикова живёт также с остальными в доме.
Была в нашем селе при церкви «святая ёлка» для лечения зубов, эту ёлку монашка Шабалина распространяла как «святую» и дала рецепты лечения зубов корой этой ёлки, благодаря этому к этой ёлке было массовое паломничество. Нынче летом неизвестный старик приходил к ёлке 4 раза и уносил кору по заказам для десятков людей из отдельных регионов. Осенью 1929 года эту ёлку спилили, но почему-то не уничтожили, а увезли и свалили в лесу.
В дер. Подгорная была часовня Пламенных младенцев, благодаря пропаганде юродивого Власа, в последние годы паломничество в этой часовне достигло больших размеров. После закрытия часовни, зимой 1929/30 гг. было незначительное число паломников, но они приходили к Двоеглазову.

В конце февраля 1930 г. монашка Татьяна Широких в селе Елёво в группе крестьян вела пропаганду против женских делегатских собраний: «Вы на собрании проголосовали нас выселить. Вас покарает Бог. Зачем вы ходите на собрания? Не надо ходить. Если бы не было тебя там, не было бы лишнего голоса. Советская власть – это власть антихриста».
Более показать ничего не могу. Показание мне прочитано. Записано с моих слов верно.
К сему: неграмотная17.
Допросил сотрудник: подпись.
Л. 119–120. Подлинник.

№ 15
Протокол допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ псаломщицы Елёвской церкви Петра и Павла Якимовой Зинаиды Ивановны
8 апреля 1930 г.
<...> Показала: я, псаломщик Елёвской церкви с января 1929 года, твёрдого убеждения сторонница викторианской ориентации. В нашем селе церковный  причт состоит из следующих лиц: а) священник Двоеглазов; б) я, как псаломщик; в) пономарь – монахиня Шабалина; г) сторож – девица Россохина из Вятского района или его окрестных; д) второй псаломщик – Хлыбов (инвалид). Кроме того, в селе проживают монашки:

а) Виктория (сейчас в отлучке) – Ольга Шутова;
б) монашка Пелагея;
в) монашка Татьяна;
г) кроме того, проживала гр. Суслова Анна, сейчас арестованная.

В дер. Б[ольше]-Подгорной до осени 1926 года была часовня, построенная в честь сожжённых младенцев, каковых чтили верующие отдалённых районов, и приходили богомольцы из отдалённых районов. Проповедей об этих младенцах священник для богомольцев не читал. Во время панихид священник упоминал этих младенцев по запискам, подаваемым богомольцами.
При часовне в дер. Б[ольше]-Подгорной был колодец, откуда во время богослужения брали воду в фарфоровую миску, которая стояла в часовне, эту воду мы освятили, и богомольцы брали эту воду небольшими дозами в свои бутылочки и уносили домой. Считали ли эту воду богомольцы «слезами младенцев», я не знаю. Мы считали, что это просто святая вода и каждый верующий знал, как её употребить.

Вопрос: знали ли вы, какую разницу верующие богомольцы видели в святой воде из часовни дер. Б. Подгоряна и святой водой из какой-либо церкви своих приходов?
Ответ: об этом я не знаю.
Приходили ли к нам заразные больные среди богомольцев, я не знаю. Совершали ли богомольцы умывания и обливания освещённой водой, я не знаю. В дни, когда богомольцев было особенно много,  мы воду освящали в ведёрке или же из миски наливали в ведро небольшую дозу воды, исходя из догмы: «капля – море освящает». Для наливания воды в посуду богомольцев у нас была лейка.

Брали или нет богомольцы землю из-под часовни в дер. Б[ольше]-Подгорная, я не знаю.
Была в с. Елёве ёлка у церкви у могилы одного священника, эта ёлка почиталась верующими богомольцами, и они использовали её для лечения зубов, брали для этого кору от ёлки. Освящения этой елки нами не производилось, были лишь у этой ёлки богослужения 2 раза в год, как богослужения на могиле. Считали ли её верующие «святой» ёлкой, я не знаю, но кору они брали, и церковь их поступки как будто бы несовместимые с христианской верой не осуждала.
После закрытия церковной часовни и колодца в дер. Подгорная и церкви с часовнями в Климковке, паломники приходят только в нашу Елёвскую церковь, где служат панихиды и молебствия, по просьбе паломников освящается вода в церкви, и паломники по-прежнему уносят её с собой. Воду уносят с собой богомольцы в бурачках.

В нынешнюю зиму паломников было не больше, чем зимой прошлого года. Викторианскую ориентацию я приняла будучи певчей на клиросе Ильинской церкви, когда Ильинский причт принял синодальную ориентацию, я перешла в викторианство и отказалась петь на клиросе, и около года проживала только в своём хозяйстве, в это время я посетила с. Елёво и договорилась о вступлении в причт на должность псаломщика. Пошла я сюда служить исключительно потому, что здесь викторианской ориентации приход, а иначе бы не пошла сюда.
Больше показать ничего не могу. Показание мне прочитано. Записано с моих слов верно. З. Якимова.
Л. 121–122 об. Подлинник.

№ 16
Из протокола допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ священника Елёвской церкви Петра и Павла Двоеглазова Ивана Александровича
22 августа 1930 г.
Показания по существу дела: в селе Елёво Белохолуницкого района я служил в качестве священника с 1 мая 1927 г. По приезде моём на место службы оказалось, что в качестве псаломщика служат монашки Виктория Шутова и Анна Шабалина; в приходе села Елёво имеют большой авторитет, а Шутова пользуется громадной популярностью не только своего прихода, но верующих г. Вятки и окружающих приходов. Паломничество к сгоревшим младенцам развито сильно и, кроме того, Шутова сумела развить почитание иерея Марка, на могиле коего была ель большого размера. Для ясности необходимо привести некоторые данные из летописи села. Село древнее. Строилось в конце XVII века, был причт и, начиная с 1720-х годов, упоминаются три священника: Филипп, Симеон и Марк, умерший в 1780-х годах. После него были его сват и зять до 1815 года. После чего причт меняет место жительства на Климковку <...> в течение 100 лет, несмотря на просьбы Елёвских прихожан <...>. В этот момент и были сожжены три мальчика в деревне Б. Подгоряна отцом-крестьянином, который был первым бедняком. Почитание сожжёных младенцев началось, по преданию, следующим образом.

Священник Алексей Семин боялся быстрой езды на лошадях, и однажды лошадь с угора понеслась так сильно, что ему на ум пало обещать по младенцам панихиду. Лошадь будто бы усмирилась, и он обещание исправил, а затем <...> рекомендовал делать такие обещания и верующим, что и делалось, а так как в заводе работало много пришлых рабочих, которым приходилось об этом видеть и слышать, то они сами стали делать такие обещания, безусловно, при содействии священников, монашествующих и других, объясняющих суть дела. Почитание умершего иерея Марка, на могиле коего была ёлка, началось не ранее прибытия в Елёво монашек в 1922 году, а особенно Шутовой, умеющей на этом деле подзаработать. До 1915 года паломники в Елёво обращались редко, да и там не было часовни, а в 1915 году с приездом туда своего причта в лице священника Александра Чермных началась конкуренция с Климковской [церковью] и, вероятно, не иначе, как климковскому священнику приходилось отсылать туда, то есть в Елёво, паломников.
Когда была устроена часовня, я не помню, а колодец при ней был устроен в 1921 или 1922 году при содействии священника Александра Кулакова, который и вызвал монашек к себе, имея к ним особую симпатию. Я лично в 1923 году обращался  к нему с просьбой принять меня псаломщиком, но он отказал и отказ свой мотивировал отказом прихода <...>. Шутова при своём поступлении имела такой авторитет, что постановление о моём принятии было дано на её усмотрение и только с закрытым от неё письмом. Этим постановлением я получил назначение в Елёво от епископа. В то время Шутова имела личные сношения с популярными иереями Леонидом Юферевым и Димитрием Юрковым и другими. При всяком удобном случае доносила им и епископу о всех действиях священника в Елёве. В её руках был приход, и высшее духовное начальство относились к ней с особым доверием и благосклонностью <...>. Кроме того, я вскоре узнал, что Шутова покупает сотнями в деревне ложки и живописно пишет в ложке грибы или рыбку, а на другой стороне – Б. Подгоряновскую часовню и делает надпись «От сгоревших отроков» на черенке же – «с. Елёво». <...> Шутова была намерена образовать монастырь и говорила некоторым паломникам, что у нас скоро будет община <...>. В таком положении я застал приход к 1 мая 1927 года <...>. По увольнении Шутова начинает спекулировать другим, а особенно на выдумке всевозможных чудес. По её воззрению, даже при обыске у неё и описи имущества свершаются чудеса, так как закрывается её имущество от глаз представителей власти, будучи на виду. Повод к этому чуду таков: по выражению квартиродержателя их Шмакова, у них имущество на 100 лет не прожитых, а при описи не оказалось и на 100 рублей <...>. Летом 1929 года Шутова нарисовала трёх мальчиков и объявила их теми, кои сожжены, но фотографий крестьянских бедных детей не было и быть не должно. Какой-то вятский фотограф карточки размножил и пошла спекуляция. Кроме того, Шутова давала каждому паломнику крестик и благославляла как игуменья <...>.

Относительно ёлки могу сказать следующее: ёлка представляет из себя громадное красивое дерево, зеленевшее, которое в 1925 году ударом молнии в вершину было поражено и засохло. Шутова этот удар приняла за знак свыше о времени открытия мощей иерея Марка и начала проповедовать о скором падении ёлки, изверженные корни которой и обнаружат гроб Марка и его нетленное тело. Это разнеслось старцем Власием по территории чуть ли не всей Вятской губернии. Почитание Марка монашка Шутова и её единомышленница Широких держали строго; каждый раз, идя ко службе и от службы церковной, заходили на могилу Марка <...>. Кору для исцеления зубов обыкновенно рекомендовала Шутова и усердно её грызла сама, на могилу для служения заупокойной лично ходил я всегда, но не считая это чем-либо выходящим из ряда, а молился равно как о Марке, так и упокоении кого-либо из прихожан на сём кладбище. По окончании же я уходил тотчас, а когда у выхода благославлял молящихся, Шутова в это время занималась раздачей коры, но по своей собственной инициативе <...>. Её считали прозорливой <...> Молебны на могиле Марка не служились, а только краткие литии как на обыкновенной могиле. В данное время, как бывало раньше, с могилы Марка несут гнилушки от пня ёлки по своему желанию без всякого со стороны причта напоминания. В Подгоряновской часовне отправлялись служения следующим образом: монашки вначале приготовляли к служению: всем давали свечки и зажигали, доставали воду из колодца и вливали в фарфоровую чашку, которая предлагалась для освящения. Собирали деньги и памятки, а я, явившись в часовню, начинал обычно водосвятный молебен, а по просьбе паломников – и с акафистом, освящал воду и окроплял водой головы молящихся, когда они целовали крест. Остатки воды выливались близ колодца по моему распоряжению, но если кто из них, быть может, лил и в колодец, когда я это не мог заметить <...>. Некоторые из паломников доставали из колодца в жаркие времена вёдра воды и окатывали себя, но не над колодцем, а у колодца. Вода после освящения в чашечке, по установившемуся уже до меня обычаю, раздавалась паломникам. И если эту воду кто называл «слёзками младенцев» (чего я лично не слыхал), то, конечно, это было не иначе как по действию тех же монашек. По окончании молебна служилась по сгоревшим младенцам панихида <...>.

Доказательством того, что Викторию (Ольгу Ивановну Шутову), дочь мещанина города Слободского, занимавшего должность волостного писаря в селе Кай, а затем лесопромышленника, проучившуюся в городе Слободском в монастыре около 20 лет, паломники считали прозорливой и святой, служат колоссальные в её личную пользу пожертвования. Как, например, в 1925 году гражданами Грухинами была пожертвована целая лошадь с полным комплектом упряжи, тарантасами и санями. И всё вышесказанное в январе 1929 года было Шутовой продано, и деньги обращены в её пользу. О других невинных ей пожертвованиях я сказать ничего не могу, но их было много.

Шутова живописка, а потому с места сожжения младенцев она решила распространить иконы тех трёх святых, имена коих носили сгоревшие младенцы, по всем церквам Вятской епархии, а также икону Тихвинской Божией Матери, копируя таковую со старой иконы, вынесенной ею из старой церкви в 1925 году при священнике Александре Кулакове. При её же содействии усиливается почитание этой иконы паломниками. Но прихожане села Елёво, как видно, особого почитания не проявляют, так как при троекратном служении моём в день празднования этой иконе 26 июня по старому стилю молящихся прихожан села Елёво не было <...>.
Больше ничего показать не могу. Показание писано собственноручно, в чём и подписуюсь: И. Двоеглазов.
Допрос снял: подпись.
Л. 215–218 об. Подлинник.

№ 17
Протокол допроса в Вятском окружном отделе ОГПУ монахини Виктории (Шутовой Ольги Ивановны)
22 августа 1930 г.
<...> Показания по существу дела: 4-х лет от роду я осталась сиротой после смерти моего отца, который умер от пьянства. Он был лесопромышленником. После его смерти мать моя открыла бакалейную торговлю и на эти средства учила меня. До 1904 года я училась в Слободском епархиальном училище и после окончания его, я, не имея возможности поступить на фельдшерские курсы, куда имела большое стремление, поступила в Слободской монастырь послушницей, и через 9 лет, т. е. в 1913 году, меня постригли в монахини. За время пребывания моего в монастыре я научилась живописи, писала вывески, а в особенности иконы по заказам верующих. В 1922 году Советская власть наш монастырь закрыла и всех нас оттуда выселила, я осталась жить в Слободском на частной квартире и занималась писанием маленьких иконок, каковые продавала и этим существовала. В 1923 году я поехала в с. Елёво помолиться, и там мне предложили место псаломщика в Елёвской церкви, там я пробыла до 1930 года и уволилась оттуда по болезни. Вместе с церковным сторожем Широких Татьяной уехали в с. Николькое, где она поступила сторожем, а я, ввиду болезни, ещё псаломщиком не поступила, но исполняла обязанности его, т. е. пела на клиросе и помогала Широких в работе. Широких я знаю по монастырю, и, когда я жила в Елёве, я выписала её. Шабалину и Якимову я узнала в Елёве, священника Двоеглазова я узнала тоже в Елёве. Он раньше служил в с. Загоскино Синегорского района, и, по предложению прихожан, после отъезда священника Пронина я его вытребовала в нашу церковь. В селе Елёве церковь наша особенная. При ней, как и при Климковской церкви, имеются часовни в память о 3-х сожжённых младенцах 48 лет назад. Дело обстояло так: 48 лет назад один бедный крестьянин, сошедший с ума, в лихорадке сжёг своих трёх малолетних детей. Сам он умер до суда, а прах детей был похоронен около Климковской церкви, там на могиле младенцев построена часовня. И приходящие молиться берут из могилы песок, который считается святым и исцеляет от многих болезней. Я сама, веря в святости этого песка, брала и клала на болевшую голову и выздоравливала. Естественно, я говорила богомольцам, что песок этот святой. В с. Елёве, в 5-ти верстах, на месте сожжения, также построена часовня в честь святого Ильи. Около этой часовни находится колодец. Вода в ней, по моему мнению, святая и помогает от разных болезней. Мы её называем «слёзы младенцев». В двух км от Климковского завода имеется часовня в честь Святителя Николая, и там из горы вода проходит через часовню в земле и выходит снаружи. Там есть колода. Я и другие считаем эту воду святой и в колоде иногда купаемся. И когда три раза окунёшься – легче. В с. Елёве около старой церкви имеется ёлка, посаженная на могилу иерея Марка, умершего 100 лет тому назад. До революции эта ёлка не считалась святой, но в годы революции она стала сохнуть, причём от молнии пожелтела только верхушка, а снизу она не желтела, тогда как я знаю, что от молнии дерево начинает сразу сохнуть. Кору от этой ёлки я часто прикладывала к зубам при зубной боли, и боль переставала. Все эти святости я распространяла среди приходящих паломников и богомольцев. К епископу Виктору я ездила два раза. Первый раз я ездила в 1925 году вместе со старостой Фёдором Кошурниковым, и Виктор дал нам на место убывшего священика Тронина Двоеглазова. Второй раз я ездила с Анной Шабалиной к Виктору за благословлением. В то время к нему поехал и священник Двоеглазов, но мы ездили не вместе. При втором посещении Виктора, последний мне посоветовал написать письмо отцу Амвросиму (Красных), служившему тогда в церкви Климковской, чтобы он отказался от павловской ориентации18 и перешёл бы к викторовской, обещая ему приход и т. д. Я так и сделала – написала, такое же письмо я написала отцу Иоанну из Никушинской церкви. Тогда же Виктор передал мне для отца Валерия (Семина из Климковки) какой-то пакет, в котором хранились листовки, но по приезду домой в Елёве у меня этот пакет забрал отец Иван Двоеглазов, куда он его дел, не знаю. Листовку такую я сама читала, она была против сергиевцев и немного против власти, что будто бы сергиевцы предались антихристу, всего я не припомню. Беседы с крестьянами я не вела, никуда не ходила. О колхозах я понятия не имела, поэтому разговоров никаких не вела. Нажим на церковь со стороны советской власти был не только на нашу, но и на другие, так как все церкви были обложены большими налогами, и я это отнесла как нужное, и ничего против этого не сделаешь, хотя я считала это неправильно, но всё же я признавала это, так как всякая власть от Бога, правда этот взгляд не викторианский, но мой личный. К нам на квартиру иногда заходил священник Двоеглазов посидеть и поговорить о духовной жизни, но мы его не приглашали <...>. Что же касается живописи на ложечках, то я действительно писала на них «воспоминания о Елёве», «на память», грибки и т. п. украшения, такие ложечки я раздавала паломникам и получала за них продуктами <...>.

Я как художница по просьбе паломников писала карточки трёх пламенных младенцев на память, не видя их лица, и как они выглядели, я спросила у сестры этих младенцев, живущей ныне в дер. Савины. В вырубке ёлки я не участвовала, слышала только грохот от падения её, вырубили её прихожане.
Лошадь с санями подарил мне лично Грухин, за что, не знаю, но этой лошадью пользовались все, но никто не ухаживал, потому и я её продала, на что имела право <...>.
Больше показать ничего не могу. Показание мне прочитано, в чём подписуюсь: Шутова Ольга.
Допросил: подпись.
Л. 236–237 об.; 242–243. Подлинник.

№ 18
Из обвинительного заключения по делу
10 февраля 1931 г.
<...> Вокруг церкви села Елёво организовалось крепкое антисоветское ядро, состоящее из: 1) Двоеглазова Ивана Александровича, священника, 2) Якимовой Зинаиды Ивановны, псаломщицы, и монашек 3) Шабалиной Анны Ефимовны и 4) Шутовой Анны Ивановны19.
В отношении каждого в отдельности участника группировки, их антисоветская деятельность выразилась в следующем:

ДВОЕГЛАЗОВ Иван Александрович. Приехав в с. Елёво в 1927 году, среди крестьян, посещающих церковь, повёл агитацию против Советской власти, говоря крестьянам, что кто будет подчиняться Соввласти, тот предаётся «антихристу», будет заклеймён печатью «антихриста». Уговаривал крестьян лучше ходить в церковь и молиться Богу <...>.

Летом 1929 года вместе с монахиней Викторией ежедневно с толпами паломников ездил в дер. Подгоряна для совершения службы в часовне Пламенных младенцев у «святого» колодца. Прибывающие паломники из дальних местностей останавливались ночевать у него в доме, ежедневно использовались сборища паломников, наиболее махровой фанатичной части крестьянства, для проведения среди них антисоветской агитации против мероприятий Соввласти и партии на селе <...>.

Монахиня Виктория
(Шутова Ольга Ивановна)
Монахиня Виктория
(Шутова Ольга Ивановна)
Псаломщица
Зинаида Ивановна Якимова
Псаломщица
Зинаида Ивановна Якимова

ШУТОВА Ольга Ивановна – Виктория. Стремясь укрепить викторовскую ориентацию, Виктория говорила в группе паломников летом 1930 года, что епископ Виктор замучен Соввластью за то, что не поддаётся большевикам и верит старой церкви, называла власть «антихристовой», призывала не помогать власти и не вступать в колхозы, иначе они, крестьяне, на том свете получат тяжкое наказание <...>.

ЯКИМОВА Зинаида Ивановна. Весной 1930 года в момент проведения сплошной коллективизации, вместе с монашкой ШУТОВОЙ и ШАБАЛИНОЙ агитировали среди женщин против вступления в колхозы <...>.
Летом 1930 года в группе женщин говорила, что теперь даже и детей учат по «антихристовой» вере, не носят крестов, стремится из них власть сделать воров и жуликов <...>.

ШАБАЛИНА Анна Ефимовна. Среди населения распространяла слухи, что растущая около церкви с. Елёво ёлка «святая», исцеляет от болезни зубов, давала приходящим верующим советы, как исцелить себя от болезни зубов, и благодаря этому ёлка прославилась, как чудодействующая, и к ёлке было массовое паломничество <...>.
В 1929 году среди приходящих в церковь крестьян вела агитацию, что Советская власть зажимает религию, не надо ей подчиняться, тот, кто не посещает церковь – безбожник, хуже дьявола; война будет – всех большевиков убьют, спасётся тот, кто будет веровать в Бога, посещать святых Пламенных младенцев. Благодаря такой агитации, посещаемость церкви значительно увеличилась, принося церковникам большие доходы <...>.

Привлечённые к следствию в качестве обвиняемых граждане:

ДВОЕГЛАЗОВ Иван Александрович, ШУТОВА Ольга Ивановна, ЯКИМОВА Зинаида Александровна, ШАБАЛИНА Анна Ефимовна в предъявленном им обвинении по ст. 58-11 УК: «участие в контрреволюционной группировке и агитации против Соввласти и её мероприятий», виновными себя не признали, факты антисоветской агитации отрицали, но ничего существенного в своё оправдание не предоставили.

Священник 
Иван Александрович Двоеглазов
Священник
Иван Александрович Двоеглазов

На основании изложенного выше граждане:

ДВОЕГЛАЗОВ Иван Александрович, 1892 года рождения, русский, гражданин СССР, грамотный, происходит из мещан Климковского завода Белохолуницкого района, с 1920 по 1921 год был членом ВКП(б), исключён за религиозные предрассудки, священник Елёвской церкви Белохолуницкого района <...> лишён избирательных прав, семейный (5 человек);

ШУТОВА Ольга Ивановна – Виктория, 1887 года рождения, русская, гражданка СССР, беспартийная, происходит из крестьян Кайского района, грамотная – окончила епархиальное женское училище, девица, с 1904 по 1922 год жила монашкой в Слободском женском монастыре, лишена избирательных прав, ранее не судима;

ЯКИМОВА Зинаида Ивановна, 1902 года рождения, русская, гражданка СССР, девица, беспартийная, грамотная, происходит из крестьян Слободского района, псаломщик Елёвской церкви, лишена избирательных прав, ранее не судима;

ШАБАЛИНА Анна Ефимовна, 1893 года рождения, русская, гражданка СССР, девица, беспартийная, грамотная, происходит из крестьян Белохолуницкого района, с 1912 по 1920 год жила монашкой в Верхотурском Успенском женском монастыре, в Елёвской церкви просвирня, лишена избирательных прав <...>.

ОБВИНЯЮТСЯ:
в том, что будучи враждебно настроенными к Соввласти и партии, организовались в контрреволюционную группу, ставя себе целью срывать все мероприятия Соввласти и партии путём агитации против коллективизации, хлебозаготовок, самообложения сельхозналога20, расширения посевных площадей, страхования скота, займа индустриализации, льнозаготовок, призывали крестьян к неподчинению Соввласти и свержению её, собирали нелегальные собрания группы, прорабатывая на них методы и пути борьбы с Соввластью, пропагандировали в массах верующих святости и чудодействия Пламенных младенцев, святого колодца, святой ели, т. е. в преступлении, предусмотренном ст. 58-11 УК <...>.

СПРАВКА: обвиняемые находятся под стражей в Вятском Домзаке:
ДВОЕГЛАЗОВ Иван Александрович с 18 августа 1930 года;
ШУТОВА Ольга Ивановна —II—II—;
ЯКИМОВА Зинаида Александровна21 —II—II—;
ШАБАЛИНА Анна Ефимовна —II—II—.
СТАРШИЙ УПОЛНОМОЧЕННЫЙ СО: подпись.
Л. 335–357. Подлинник.

№ 19
Выписка из протокола заседания Коллегии ОГПУ (судебное)
30 мая 1931 г.
Постановили:
Двоеглазова Ивана Александровича заключить в концлагерь сроком на пять лет, считая срок с 18 августа 1930 года22; Шутову Ольгу Ивановну23 выслать через ПП ОГПУ в Казахстан сроком на три года, считая срок с 18 августа 1930 года; Якимову Зинаиду Ивановну24, Шабалину Анну Ефимовну25 выслать через ПП ОГПУ в Северный край сроком на три года, считая срок Шабалиной и Якимовой с 18 августа 1930 года; Якимову Зинаиду Ивановну и Шабалину Анну Ефимовну направить этапом26. Дело сдать в архив.
Секретарь коллегии ОГПУ: подпись, печать.
Л. 368–368 об. Подлинник.


1 Постановлениями президиума ВЦИК от 14 января и 4 февраля 1929 г. была образована Нижегородская область, в состав которой вошла и Вятская губерния. Постановлением Президиума ВЦИК от 15 июля 1929 г. Нижегородская область переименована в Нижегородский край. В августе 1929 г. ликвидированы все уездные и волостные исполкомы, Нижегородский край разделён на округа. На территории бывшей Вятской губернии было образовано три округа, просуществовавших всего год (ликвидированы Постановлениями ЦК ВКП(б) от 15 июля, ЦИК и СНК СССР от 23 июля 1930 г.). В Вятский округ входил Белохолуницкий район. В состав Белохолуницкого района вошёл пос. Климковка.

2 Название деревни – так в документе. По Списку населённых мест Вятской губернии 1926 г. – Подгоряне.

3 Союз воинствующих безбожников – основанная в 1925 г. общественная организация в СССР, ставившая своей целью идейную борьбу с религией во всех её проявлениях. После начала Великой Отечественной войны и изменения государственной политики в отношении религии Союз прекратил свою деятельность. Он был официально распущен в 1947 г., а его деятельность была передана Всесоюзному обществу по распространению политических и научных знаний (общество «Знание»).

4 Подписи отсутствуют.

5 Старшего милиционера.

6 Название деревни – так в документе. По Списку населённых мест Вятской губернии 1926 г. – Кошурниковский.

7 Фамилия неразборчива.

8 Слова, выделенные здесь, в тексте документа подчёркнуты красным карандашом.

9 Слова, выделенные здесь, в тексте документа подчёркнуты красным карандашом.

10 Вместо подписи – крестик.

11 Так в документе. Правильно – в 1883 г.

12 Имеется в виду церковь Петра и Павла села Елёво.

13 Викторовец – последователь епископа Виктора (Островидова Константина Александровича).

14 Вместо подписи – два крестика.

15 Вместо подписи написано: расписаться не может.

16 Широких Татьяна Евстафьевна, 37 лет, происходила из крестьян дер. Темерево Дворищенской волости Нолинского уезда Вятской губернии. С 1913 г. и до закрытия жила в Слободском Христорождественском женском монастыре. Затем работала в пошивочной мастерской сапожницей, в Демьянской Свято-Духовской церкви сторожем, а с 1927 г. по 1930 г. в Елёво при церкви Петра и Павла помощницей псаломщицы. На допросе от всех предъявленных ей обвинений отказалась и вскоре была из-под стражи освобождена.

17 Вместо подписи – два крестика.

18 Священник павловской ориентации – священник, поддерживающий Вятского архиепископа Павла (Борисовского), принявшего декларацию митрополита Сергия (Ивана Страгородского), заместителя Патриаршего Местоблюстителя, о лояльном отношении к советской власти.

19 Так в документе, правильно – Ольги Ивановны.

20 Так в документе.