Историк А. И. Копанев

В. Н. Колупаева

Александр Ильич Копанев (1915–1990) – один из крупнейших исследователей истории крестьянства Русского Севера XV–XVII вв. – наш земляк. Его и всю замечательную семью Копаневых знают и помнят на его малой родине, в Слободском районе. Материалы о них есть в Слободском краеведческом музее, музее школы № 7, в котором хранятся фотографии членов семьи Копаневых, а в с. Совье к его 395-летию в 2010 г. вышла книга «Совье – капелька России» с множеством иллюстраций. В ней рассказывается о жизни села, его истории, в том числе и об истории школы, в которой училась ещё мама Александра Ильича, он сам, вошла сюда и его статья «Совьинская волость в XVII в.». В Кирове и области имя А. И. Копанева известно недостаточно.

Александр Иванович Копанев

В 1992 г. вышла книга, посвящённая памяти Александра Ильича1. Её в нашу библиотеку прислал его брат с таким автографом:

«Библиотеке им. Герцена. Многоуважаемой Марии Николаевне.
Примите эту книгу в дар от имени большой крестьянской семьи. Один из них усердно читал научную литературу здесь, и произведения прозы и поэзии.
Копанев Павел Ильич, доктор фил. наук, профессор.
10 августа 1993 г.».

В Слободском книгу с дарственной надписью получила семья Жигаловых, родственников Александра Ильича по материнской линии:

«Наши дорогие родные, Алевтина Васильевна и Александр Демидович, примите скромный дар, но для нас очень и очень дорогой, с пожеланиями здоровья, счастья, всеобщего благополучия!»2

Материалы этой книги я использую в своей статье.

Книга открывается предисловием, в котором есть такие слова: «Для каждого человека есть своя тяга и своя мера. Велика была эта мера у Александра Ильича Копанева, поскольку стремился он – вслед за былинным своим предком Микулой – нести всю тягу, не уходя в сторону, не перекладывая своей меры на ближнего. Воистину, тяжко жил и не стремился к жизни лёгкой. И достоин памяти долгой и светлой, как за мирское бытие своё, так и за труды по сбережению свечи высокого знания, огня истинной исторической традиции»3. Автор предисловия – историк Ю. Г. Алексеев.

Далее идёт статья М. П. Ирошникова, в которой даётся краткий обзор жизненного и творческого пути А. И. Копанева. Другие статьи учёных – его коллег, учеников и последователей – посвящены разным направлениям его работы, отдельным трудам. Авторы статьи «А. И. Копанев как историк книги» – его невестка Н. П. Копанева и сын Н. А. Копанев (во время работы над этой статьёй с Николаем Александровичем я поддерживала связь, 9 августа 2013 г. он ушёл из жизни).

В конце книги есть список более 150 печатных работ А. И. Копанева.

Все, кому повезло близко общаться с Александром Ильичом, вспоминают его талантливость, сердечность, необыкновенную доброжелательность, интеллигентность.

В Интернете опубликован фрагмент рукописи А. А. Зимина, выложенный А. Л. Хорошкевич в 2012 г. В главе «Птенцы гнезда Петрова» приводятся воспоминания об Александре Ильиче. Александр Александрович Зимин (1920–1980), будущий доктор исторических наук, профессор РГГУ, познакомился с ним в 1946 г. и вспоминал, что «Александр Ильич мне… представился эталоном Ильи Муромца что ли, воплощением лучших черт народа-богоносца. Добротно, прочно сделанный, он уверенно стоит на ногах. Их целое семейство самостоятельных жителей села в Вятке, северно-русских выходцев Копаневых. Все они знали, почём фунт лиха. Но выросли, вышли в люди. Их умелые руки, натруженные и на пашне, и в огороде, оказались способными и держать перо, и с винтовкой защищать родную землю». У Александра Александровича и Александра Ильича сразу же сложились дружеские отношения. Александр Ильич был человеком весёлым, остроумным. А. А. Зимин вспоминает: «Иногда он иронизирует надо мной (“Ах, эти ушлые москвичи”), иногда юродствует (“куда нам, лапотникам”), иногда умиляется, но всегда с открытым сердцем и живым чувством»4.

Их дружеские отношения сохранялись долгие годы. За это время Александром Ильичом было сделано очень много. Зимин отмечает фундаментальность, удивительную добросовестность, серьёзную оригинальность его исследований. Особенно высокую оценку он даёт докторской диссертации, посвящённой крестьянам Подвинья XVI в. И дальше пишет: «В целом работа Копанева – гимн во славу смекалки, труда и свободы северно-русского крестьянина, а сам автор – певец созидающего непреходящие ценности труженика Русского Севера (вроде Фёдора Абрамова в литературе)»5.

Особый интерес представляют воспоминания младшего брата Григория Ильича Копанева «Из большой крестьянской семьи»6. В них подробно рассказывается о жизни Александра Ильича, начиная со дня рождения, о его семье. К ним я буду часто обращаться, цитировать.

Родился Александр Ильич 30 августа (12 сентября) 1915 г. в деревне Малые Копани Слободского уезда. Шла Первая мировая война, и отец его был на фронте. Мама, Екатерина Елисеевна, осталась со старенькими родителями мужа да невесткой, муж которой тоже был на фронте. Она вспоминала: «Пришла первая военная весна. Надо было пахать, засевать землю, чтобы жить. Пахал тятенька… все работы легли на старика и на нас, двух солдаток… Мы втроём сеяли, убирали хлеб. Вставали с солнышком наравне и уходили с поля, когда оно закатывалось. Я ещё носила всё лето под сердцем своего первенца. Очень трудно было. Мысль притуплялась. Думать о духовном не было времени. Все думы были об одном, как убрать хлеб с поля». Когда основные работы в поле были закончены, Екатерина Елисеевна однажды вечером направилась за семь вёрст в свою родную деревню… чтобы помочь своей матери убрать лён. На следующий день теребили его с раннего утра и до позднего вечера. После ужина она почувствовала сильные боли в животе и спине7. Утром родила сына, назвали его Александром.

Илья Алексеевич Копанев

Екатерина Елисеевна Копанева

Рождению сына Илья Алексеевич был очень рад. Поздравляя жену, он писал, что Александра обязательно надо учить. Сам Илья Алексеевич и Екатерина Елисеевна учились очень хорошо. После церковно-приходской школы его рекомендовали для дальнейшей учёбы в реальном училище, а её после Совьинской министерской школы – в женскую гимназию. Но учиться дальше не пришлось, надо было заниматься хозяйством. Когда Илья Алексеевич вернулся с фронта, семья стала быстро расти – в 1918 г. родился Владимир, в 1920 г. – Иван, в 1922 г. – близнецы Григорий и Павел, в 1926 г. – Надежда, в 1927 г. – Василий. Конечно, с такой большой семьёй справляться было нелегко, помогали родители Ильи Алексеевича. А спустя 10 лет, в 1938 г., родился ещё один сын – Сергей.

В жизни семьи большое место занимала книга. Вечером родители читали детям вслух, а Екатерина Елисеевна ещё любила рассказывать сказки, читала стихи Пушкина, Лермонтова, Некрасова и др. Потом читать вслух стал Александр, другие братья, все вместе обсуждали прочитанное. Подрастая, дети начинали участвовать в хозяйственных работах. Семья была очень дружной и оставалась такой всю жизнь. Спустя много лет, в 1976 г., Александр Ильич поздравил маму с очередным днём рождения стихами. Там были такие строки:

Ты и тятя в труде безграничном
И в заботах о нашей судьбе,
Воспитали в нас совесть и личность,
Подготовив к житейской борьбе.
Всё, что Малые Копани звалось,
Даль полей и деревни угор,
Всё с родителями связалось
И сплело наш душевный узор.
До сих пор мы грустим по дорогам,
По полям, по лужкам и логам,
По покосам, осенним зародам,
Заполоскам и синим лесам8.

Александр – старший из детей, в семье его звали Санко – был для них авторитетом, они подражали ему, как и он, все хорошо учились.

Александр Ильич Копанев

Анатолий Васильевич Эммаусский

Начальную школу Александр закончил в соседней деревне, продолжил учёбу в с. Совье, затем в Слободском педагогическом техникуме, и в 1933 г. окончил его. Для выпускников техникума была организована экскурсия в Ленинград. Город произвёл на Александра огромное впечатление, дома он увлечённо рассказывал о нём, показывал открытки с видами Ленинграда.

Работать он начал учителем истории в школе-семилетке с. Роговое и сразу поступил на заочное отделение исторического факультета Кировского педагогического института, а в 1935 г. перешёл на очное отделение. Учился Александр Ильич отлично. Его преподавателем был А. В. Эммаусский, занимавшийся историей Вятского края XIV–XV вв. Анатолий Васильевич сразу обратил внимание на способности и отношение студента к учёбе, стал уделять ему особое внимание.
Благодарность учителю Александр Ильич сохранил на всю жизнь. Они переписывались, письма Александра Ильича хранятся в ГАКО, а его книги с автографами – в фонде отдела редких книг Герценки. Две работы А. И. Копанева опубликованы в Кирове в книгах, ответственным редактором которых был А. В. Эммаусский: это предисловие к книге П. Н. Луппова «История города Вятки» – в 1958 г. и статья в сборнике «Вопросы истории сельского хозяйства и крестьянства Европейского Севера, Верхнего Поволжья и Приуралья до Великой Октябрьской социалистической революции» – в 1979 г.

Вот последнее письмо Александра Ильича к А. В. Эммаусскому:

«Дорогой Анатолий Васильевич!
Поздравляю Вас и Марию Михайловну с двумя праздниками весны: 1 Мая и Днём Победы и желаю Вам бодрости и здоровья на долгие годы.
В нашей семье прибавился ещё один доктор исторических наук, им стал брат Григорий Ильич. Ваши лекции, Анатолий Васильевич, разбудили во мне интерес к истории. Мои рассказы в семье о ней, как видим, заронили зёрна и в нашу братию. [В 1973 г. доктором филологических наук стал ещё и Павел Ильич]. Вы улыбнётесь, мол, слишком дальняя связь, но она существует. Я, отрок, был пленён Вами.
Скажу Вам, что сцепления бывают удивительные. Моя мать, крестьянка, училась в 4-классной министерской школе в с. Совье. Так как она хорошо пела, то священник Танаевский пустил её на квартиру. На каникулах приезжал к нему его сын, студент, будущий проф. Танаевский, и, увидев способную девочку, занимался с ней, пел в церкви в хоре, разъяснял трудные книги и очень повлиял на её развитие. И, надо же случиться, что в Кировском пединституте я слушал лекции проф. Танаевского! Рассказал матери – она сообщила многое из жизни семьи священника и его талантливых детей.
В нашем институте пока всё по-старому. Видимо, перестройка выльется в изгнание стариков, что коснётся и меня.
Ещё раз поклон. Ваш А. И. Копанев.
27/ IV 87 г.»9.

9 июля 1987 г. Анатолий Васильевич скончался.

Окончив третий курс, Александр Ильич в порядке перевода из Кировского пединститута в 1936 г. поступил на 4-й курс исторического факультета Ленинградского государственного университета. После его окончания Александр Ильич остался в аспирантуре, его научным руководителем стал И. И. Смирнов – известный исследователь русского феодализма. Учась в аспирантуре, чтобы помогать семье, Александр Ильич преподавал историю в Ленинградском военно-политическом училище, вёл экскурсии в музеях Петродворца и посылал домой деньги, одежду братьям.

22 июня началась война. Александр Ильич написал своим родителям: «Мама и тятя! Я очень волнуюсь, началось страшное, решительное, суровое. Не было времени, более опасного для нас, страны, России. Идёт сильный враг. Личная судьба может быть самой различной. Гриша, Ваня, Павел и я, а также и Володя – попадём в самое дело. Мама, не плачь, храни себя. Если мы и падём, то за Отчизну. Ваш сын Александр»10.

28 июня 1941 г. Александр Ильич блестяще защитил диссертацию, и 4 июля он вступил в народное ополчение, а дальше его судьба складывалась трагически. В ходе боёв он попал в плен и оказался в лагере под Гатчиной. «Лагерь располагался в больших землянках – “блоках” по немецкой терминологии. В каждом блоке размещалось по 400 человек. Условия – невыносимые, питание – на вымирание, ежедневные тяжелейшие работы. Жизнь – под дулом автомата. И вот в такой обстановке появляется эмиссар генерала Власова, который с разрешения немцев начал формировать так называемую Русскую освободительную армию. Эмиссар в форме капитана царской армии обратился к военнопленным того блока, где находился Александр Копанев, с призывом вступить в РОА. Отказались двое, одним из них был Александр Ильич. Он на хорошем немецком объяснил причину своего отказа – “он не коммунист, но воспитан в советское время, что против немцев воюют его братья. Поэтому он не подымет оружия против своей Родины”. Как ни странно, фашист только выслушал такое смелое объяснение. Никаких санкций не последовало»11.

В книге опубликованы воспоминания Л. А. Дмитриева об одном эпизоде, случившемся во время совместной с А. И. Копаневым археографической экспедиции. Однажды, проходя мимо хлебопекарни, они почувствовали сильный запах свежеиспечённого ржаного хлеба, и Александр Ильич сказал, что этот запах всегда напоминает ему об одном случае в плену. Дежурный офицер во время утреннего построения проверил у пленных руки, отобрал тех, у кого руки были чистые, старшим назначил его и отправил на хлебозавод. Там им приказали грузить горячие буханки чёрного хлеба в товарные вагоны для отправки на фронт. На ходу можно было отломить кусок и тут же съесть его. Пленные не забыли о своих товарищах и напихали куски хлеба, куда только можно. Когда команда вернулась, офицер обратился к Копаневу: «Чашка (видимо, так он произносил имя Сашка) – ты, я знаю, честный человек. Скажи мне – несёте ли вы с собой хлеб?» – хотя, конечно, видел оттопыренные карманы и пазухи. Александр Ильич ответил: «Нет, господин офицер, нет у нас с собой хлеба». Конечно, он рисковал своей жизнью, но и дежурный офицер, видевший тяжёлое положение пленных, в какой-то степени тоже рисковал12.

Немцы отступали, и лагерь оказался в Латвии. В 1944 г., когда Латвия уже была освобождена, родители впервые узнали о судьбе сына из письма женщины, работавшей как лицо гражданское в лагере под Гатчиной. Там она познакомилась в 1943 г. с военнопленным Александром Копаневым, который выполнял обязанности санитара, помогал другим пленным. Он передал ей свой адрес, надеясь, что она имеет больше шансов выжить.

Немцы продолжали отступать, и лагерь военнопленных эвакуировали. Александр Ильич рассказывал: «Погрузили в трюм большого корабля (“набросали, как сельдей в бочку”), члены команды корабля надели спасательные круги. Корабль отчалил от берега… По пути его бомбили советские самолёты, обстреливали подводные лодки. Но, как бы то ни было, транспорт дошёл до места назначения – Свинемюнде в устье реки Одера. Началась выгрузка. Военнопленных поместили в какой-то большой сарай, а утром 1 мая 1945 г. появились советские танки. Радости не было конца»13.

В первом письме, которое родные получили от Александра Ильича после освобождения, он пишет: «Мама! Я боюсь писать это письмо. Я боюсь тайны, которую скрывают 4 года неизвестности – 4 года величайшей человеческой трагедии. Фронты, голод и кровь разметали миллионы людей. Но что сделалось с моей семьёй – с моими дорогими любимыми родными. Это для меня тайна. Все мои братья, а также тятя – солдаты. Что с ними? Но наше солдатское горе – твоё материнское. Сколько тебе пришлось пережить, перестрадать, я знаю твоё сердце. Не плачь же обо мне, мама. Я жив. Из плена я освобождён 1/V 45 г. Плен – нет позорнее и тяжелее участи, чем пленный. 3 года мучений я перенёс. И, когда я добежал до первого русского танка и до русской пехоты и увидел русские родные лица – радости моей не было предела»14. Здоровье А. И. Копанева было подорвано, он потерял в весе 30 кг.

На фронте пропал без вести один из братьев – Владимир.

После освобождения из плена Александр Ильич прошёл соответствующую проверку и остался служить дальше. В октябре он был демобилизован и пришёл поступать на работу в Ленинградское отделение Института истории АН СССР (ЛОИИ). Его приняли сначала рабочим, но вскоре он стал научным сотрудником. Для жилья предоставили комнату в 9 кв. метров в коммунальной квартире, бывшую кладовку. В это время в Ленинграде учились и братья – Иван, Григорий, Павел, Василий, а также сестра Надежда. Все они встречались в этой комнате.

Уже в 1946 г. в «Исторических записках» появилась первая публикация А. И. Копанева, а 1951 г. вышла книга, основанная на материалах его кандидатской диссертации – «История землевладения Белозерского края в XV–XVI вв.». На основе огромной источниковой базы (что будет характерно для всех работ А. И. Копанева), используя картографический метод, он подробно проанализировал историю землевладения Белозерья и пришёл к выводу: «Описывая… историю монастырского и светского землевладения, …мы постоянно отмечали, что развитие, как той, так и другой формы землевладения, шло за счёт чёрных земель»15.

Тема чёрного (черносошного) крестьянства, свободного от крепостной зависимости, была особенно близка Александру Ильичу, выходцу из крестьянской семьи. Она стала главной темой его научных исследований. Уже в 1952–1953 гг. появляются его публикации документов по истории подвинского крестьянства XVI в. Но время было очень идеологизированным, и в 1953 г. Александр Ильич был уволен из института. Тут сыграл свою роль и статус его как военнопленного. Он и его семья, в которой было уже двое детей, остались без средств к существованию. В это же время скончался отец, который лечился в Ленинграде. Помогали братья.

Только через три месяца А. И. Копанева приняли в отдел рукописной и редкой книги Библиотеки Академии наук (БАН) на должность научного сотрудника, а позднее он возглавил этот отдел. Здесь проработал 17 лет. Деятельность его в эти годы была очень плодотворной и разнообразной. Александр Ильич участвовал в работе по истории отдела, занимался историей БАН, продолжал работу по истории Петербурга-Ленинграда, как автор и редактор принимал участие в коллективных трудах: «Аграрная история Северо-Запада России», «Краткая история русской культуры», «Краткая история СССР» и др.

По инициативе А. И. Копанева с 1959 г. отделом начали проводиться постоянные полевые археографические экспедиции. Уже первые экспедиции в Заонежье, Каргополь принесли очень хорошие результаты. Александр Ильич выезжал в экспедиции шесть раз: в две – с научным сотрудником Института русской литературы Л. А. Дмитриевым, а в остальные – со своим коллегой Н. Ю. Бубновым. Природное обаяние Александра Ильича, самобытность, знание крестьянского быта располагали к нему владельцев книг – старообрядцев. В 1968 г. он съездил на два дня в Малмыжский район Кировской области. Поездка оказалась интересной, и в 1969 г. состоялась настоящая экспедиция, в которой участвовал и Н. Ю. Бубнов. Из неё удалось привезти 41 рукописную и 29 старопечатных книг. Побывали учёные и в Старой Тушке, где познакомились со старообрядческой типографией Луки Арефьевича Гребнёва. Им удалось собрать и значительную часть продукции этой типографии. Эти поездки стали археографическим открытием Вятки. Сам Александр Ильич больше в экспедициях не участвовал, но поездки на Вятскую землю продолжались и были очень результативными.

В 1975 г. А. И. Копанев стал председателем Ленинградского отделения Археографической комиссии АН СССР.

Основным же занятием Александра Ильича было описание рукописей. Это делалось очень скрупулёзно и творчески. Он находил интересные документы, в том числе и по Двинской волости, совместно с другими сотрудниками готовил их к печати, комментировал.

В конце 1969 г. Александр Ильич вернулся в ЛОИИ и получил возможность полностью заняться своей главной темой. Итогом его многолетней работы стала докторская диссертация «История крестьян Русского Севера в XVI в.», посвящённая крестьянам Подвинья. Автореферат диссертации Александр Ильич послал А. В. Эммаусскому вместе с письмом. Он писал: «Как видите, осмеливаюсь выступить перед Уч. Советом с защитой моих, может, спорных, выводов. Не судите строго. Прочитали в газетах об юбилее г. Кирова, но когда он будет? Мой брат, Копанев Василий Ильич, по-прежнему жаждет попасть на юбилей. Я Вам писал, что он учился в Кирове в Воен. Мед. Акад. в 1944 г., теперь профессор этой академии, доктор наук, зав. (нач.) кафедры космонавтики и авиации»16. В июле 1974 г. диссертация была блестяще защищена.

В 1978 г. вышла монография А. И. Копанева «Крестьяне Русского Севера в XVI в.». В ней очень подробно, с использованием огромного количества (более 1850) документов рассматривается социально-экономическая и общественная жизнь черносошных, свободных, незакрепощённых крестьян.

Из выводов, сделанных в конце книги, приведу два.

«Черносошные крестьяне выступают перед нами свободными юридически, самостоятельными и независимыми в своей хозяйственной деятельности и активной силой общественной жизни. Основой свободы черносошного крестьянства была свободная собственность на средства производства – землю и промысловые угодья, являвшиеся базой независимого индивидуального крестьянского хозяйства…
Черносошное крестьянство Севера в XVI в. – резервуар огромных народных сил – материальных и духовных, – способствующих развитию высокой производственной культуры во всех областях, развитию духовной культуры (народной литературы, художественного творчества, зодчества и т. д.), а также великих акций русского народа, как освоение Сибири до Тихого океана»17.
Далее Александр Ильич приступил к работе по истории крестьян Русского Севера в XVII в. Он писал А. В. Эммаусскому: «Я должен к концу года закончить книгу “Крестьяне Русского Севера в XVII веке”. Пока плохо клеится и всё потому, что я не являюсь сторонником государственного феодализма и всеобщего закрепощения крестьян.
Так как эти идеи стали теперь обязательными, о них твердят с 7 класса, то я со своей книгой покажусь мастодонтом…
Правда, устная критика в адрес моей книги “Крестьяне Русского Севера в XVI веке” не помешала её выходу»18.

Монография А. И. Копанева «Крестьяне Русского Севера в XVII в.» появилась в 1984 г. В ней также исследуется экономическое и правовое положение черносошных крестьян. Здесь уже использованы документы не только Подвинья, но и других регионов, в том числе и Вятского. Это писцовые книги, другие материалы по Хлыновскому, Орловскому, Котельничскому, Слободскому и Шестаковскому уездам, публиковавшиеся в «Трудах Вятской учёной архивной комиссии», другие источники. А в конце монографии есть целый подраздел главы «Волость» – «Совьинская волость»19.

Уже с самого начала его работы привлекли внимание отечественных историков, а с 1955 г. рецензии на них появлялись во Франции, Германии и других странах, в том числе и в США. В 1987 г. там был опубликован перевод гл. «Волость» из монографии «Крестьяне Русского Севера в XVI в.».

Александр Ильич продолжал активно работать. Его статьи и рецензии публиковались в разных изданиях, он был ответственным редактором  более десятка сборников.

Все – и сестра, и братья Александра Ильича – также были людьми состоявшимися. Надежда работала инженером в Нижнем Новгороде, подполковник медицинской службы Сергей служил в Новосибирске, доктор филологических наук Павел преподавал в Минском институте иностранных языков. Остальные жили в Ленинграде: инженер Иван, доктор исторических наук Григорий, доктор медицинских наук, член-корреспондент Академии космических наук, генерал-майор медицинской службы Василий. В этой большой семье, начиная с самого детства, Александр Ильич для своих братьев и сестры был авторитетом. Спустя много лет его влияние на всех осталось очень большим. Григорий Ильич вспоминает, что «без его советов не предпринимался ни один более или менее серьёзный шаг. Поэтому мама и все мы называли Александра Ильича Патриархом всей семьи Копаневых»20. Все они встречались в однокомнатной квартире мамы и обязательно – в дни её рождения. Квартиру эту ещё в годы работы в БАН купил ей Александр Ильич.

Екатерина Елисеевна была удивительной женщиной, очень живой, энергичной. Она писала воспоминания, хранила все письма членов семьи за довоенные и военные годы. В «Ленинградской правде» в 1975 г. было опубликовано «Слово матери». Она писала: «Великое это счастье, всякий поймёт, когда дети вырастают на радость матери. Когда они здоровы, добры душой, работящи. Их у меня было восемь. Осталось семь – Володя не вернулся с войны. Все семеро выучились, давно работают. Хорошие у меня дети. У каждого из них давно свои семьи, дети и даже внуки. Но у нас, матерей, и в старости нет покоя. Вырастив своих детей, мы болеем душой за внуков, а то и за правнуков. У меня же их вон сколько: всех-то вместе почти тридцать»21.

После этой статьи, привлёкшей к себе внимание, появилась радиопередача о семье Копаневых, Екатерина Елисеевна стала получать письма, в том числе от Мариэтты Шагинян, Елены Серебряковой и других, переписывалась и встречалась с Фёдором Абрамовым.

В 1982 г. у Александра Ильича случился инфаркт миокарда. Проблемы с сердцем продолжались и дальше, были операции. В октябре 1990 г. состояние ухудшилось.

31 октября 1990 г. Александр Ильич скончался.

В годовщину смерти Александра Ильича Копанева в ЛОИИ состоялась конференция, посвящённая его памяти. В своём докладе доктор исторических наук Ю. Г. Алексеев назвал Александра Ильича «самым проникновенным исследователем русского крестьянского земледелия, поэтом русского крестьянина»22.

В подборе материалов для статьи
оказала помощь С. А. Перетягина

Примечания

1 Александр Ильич Копанев : сб. ст. и воспоминаний / редкол.: Ю. Г. Алексеев [и др.]. СПб., 1992. 215 с.
2 Слободской и слобожане : материалы III науч.-практ. конф. Слободской, 1998. С. 108.
3 Александр Ильич Копанев. С. 5–6.
4 «Зиминский» сборник 1978–1982 гг. и А. И. Копанев URL: http://valeria40.ru/pamiati-zimina-zimin5/
5 Там же.
6 Александр Ильич Копанев. С. 67–82.
7 Там же. С. 67.
8 Там же. С. 78.
9 ГАКО. Ф. Р-132. Оп. 2. Д. 82. Л. 89–92.
10 Александр Ильич Копанев. С. 72.
11 Там же. С. 73–74.
12 Там же. С. 93–95.
13 Там же. С. 74–75.
14 Там же. С. 75.
15 Копанев А. И. История землевладения Белозерского края в XV–XVI вв. М. ; Л., 1951. С. 185.
16 ГАКО. Ф. Р.-132. Оп. 2. Д. 82. Л. 78 – 78 об.
17 Копанев А. И. Крестьяне Русского Севера в XVI в. Л., 1978. С. 230–231
18 ГАКО. Ф. Р-132. Оп. 1. Д. 82. Л. 82–83.
19 Александр Ильич Копанев. С. 211.
20 Там же. С. 80.
21 Ленинградская правда. 1975. 5 дек.
22 Александр Ильич Копанев. С. 92.