Главная > Выпуск №23 > Художник-исследователь ...

Художник-исследователь
(К 65-летию со дня рождения В. Ю. Попова)

Н. В. Кривошеина

Виктор Юрьевич Попов (1948–2008) – вятский художник-исследователь. Попытаемся доказать это утверждение на основе обзора рабочего архива живописца, документального отражения личности.

Наше обращение к архиву вятского художника Виктора Попова – это попытка реконструировать круг тем его творчества, интересов, методов работы, процесс поиска образов, возможность соотнести многочисленные зарисовки, наброски, записи, ссылки, и, таким образом, представить исследовательский дар художника.

Исследовательское начало – одна из ключевых характеристик Виктора Попова. Как человек и как художник он «болел» родной Вяткой, воспринимая её историю как «судьбу» – «близко к сердцу». Им двигало желание выразить свою любовь к малой родине в зримых образах, запечатлеть на холсте её самобытность.

В. Ю. Попов. Автопортрет

Масштаб личности художника во многом определяется содержанием его работ. Смысловая нагрузка исторических картин Виктора Юрьевича Попова – это совокупность творчества и интеллекта, результат большой работы в архивных фондах, библиотеках, поездках-экспедициях, музейных кол-лекциях. Обобщению каждого материала предшествовал процесс сбора исходных данных, изучения научных сведений, историко-архивных дореволюционных и современных фотографий. Подспорьем в работе служила художнику обширная личная библиотека, собранная и скомплектованная им за долгие годы, содержащая, помимо книг по изобразительному искусству, и историко-краеведческую литературу. Одна из основ творчества живописца – научный, историко-документальный подход к изображаемому: и Хлынов, и Вятку он рассматривал в контексте общероссийских исторических, религиозных и культурных процессов, выявляя специфику и особенности местной духовной жизни.
Внимательно изучив рабочий архив художника, из разрозненных материалов очертим круг основных исследовательско-тематических и художественных направлений.

Ключевая тема «Хлынов – Вятка» складывается из огромного количества материалов, воплотившихся в конечном итоге в большие исторические полотна. Созданию таких произведений, как «Начало века. Старая Вятка» (2000) предшествовала длительная подготовительная работа. Среди документальных и графических свидетельств архива Виктора Юрьевича сохранились многочисленные изображения плана города Вятки со старыми названиями улиц, списки городских соборов и церквей, педантичные выписки из книг и местной периодической печати научной библиотеки имени А. И. Герцена (г. Киров): «Вятские губернские ведомости», «Вятские епархиальные ведомости», «Памятные книжки и календари Вятской губернии», «Труды Вятской учёной архивной комиссии». Образ городского кремля, как составляющая темы, создан в большом полотне «Торг перед Спасской башней кремля 1683–1690 гг.» (1998). Совершенно очевиден проведённый научный поиск, который вёл автор в историко-документальном и историко-архитектурном направлениях, а также консультациях со специалистами: cохранились записи о встречах живописца с вятским архитектором-учёным А. Г. Тинским (1920–2006).

В. Ю. Попов. Из архива

Большое, важное направление творчества В. Ю. Попова связано с историей, архитектурным обликом и декоративным убранством Успенского Трифонова монастыря, а также его основателем – святым преподобным Трифоном Вятским (1546–1612). Отнесём сюда такие произведения, как: «Успенский собор Свято-Трифонова монастыря. Середина XVII века» (1995–1996), «Свято-Трифонов монастырь на Вятке» (1996–1997), «Свято-Трифонов монастырь в Вятке» (2002–2003). Желание мастера максимально художественно-документально приблизиться к истине в живописных произведениях требовало длительной подготовительной работы. Архив содержит большое количество выдержек из документов об этапах строительства деревянного и каменного монастыря, истории его пожаров, подробные рисунки планов Трифонова монастыря с подписями названий храмов, башен, указаниями их размеров, конструктивных архитектурных композиций: «четверик на четверике», «восьмерик на четверике», видов сводов, способов соединения брёвен и кладки кирпича, зарисовки колоколов, предметов церковной утвари.

В. Ю. Попов. Из архива

Личность устроителя обители вызывала у художника большой интерес: образ святого преподобного Трифона Вятского чудотворца незримо присутствует на полотнах с изображением монастыря. Художник делал выписки из отчётов научно-исследовательских экспедиций вятского историка церкви, архивиста-краеведа И. М. Осокина (1864–1921), изучал образ святого в настенной живописи Успенского собора Трифонова монастыря, иконах музейных собраний. Помимо этого, Виктор Юрьевич рисовал формы нательных крестов, одеяний и головных уборов священнослужителей и монахов. Уместно в данном контексте привести авторские пометки на рисунках художника: «…собирать фото соборов», «уделить большое внимание на пожары», «в музее посмотреть», «…А сколько издавалось в Вятке по истории края до революции! У, сволочи наши!»

В процессе изучения рабочих материалов архива художника из многочисленных рисунков, цитат и выборок формируется большая важная тема, посвящённая святым чудотворным иконным образам Вятки. Созданию живописных полотен «Проводы иконы Николая Чудотворца на реку Великую» (2001–2002), «В храме села Истобенское» (2002) также предшествовала длительная и кропотливая подготовительная работа. К ней относим выписки по истории Великорецкого и Спасского крестных ходов, истории бытования образов Спаса Хлыновского и Николы Великорецкого, зарисовки и прориси икон, многочисленные рисунки Спасской башни хлыновского кремля с иконой Спаса Нерукотворного. К изучению московского периода истории образа Спаса Хлыновского принадлежит, вероятно, запись художника: «Выяснить! Снимать шапки перед воротами». Сохранились многочисленные отрисованные виды города с силуэтами церквей и соборов в праздник проводов иконы Николая Чудотворца на реку Великую с противоположного берега реки Вятки, а также авторская запись внимательного изучения работы предшественника по теме: «посмотреть волны, цветовые отношения у Рылова». Создавая образ Спаса для произведения «В храме села Истобенское» (2002), В. Ю. Попов, вероятно, испытал сильное эмоциональное впечатление, которое зафиксировал: «В иконе таинственно присутствует тот, кто изображён».

Архитектура – деревянное и каменное зодчество – привлекала художника как вид искусства и сфера духовной культуры. Русское деревянное зодчество представлено им в многочисленных прорисовках видов старых русских городов, храмов и часовен, многоярусных строений с теремами и башенками, сложных пристроек-клетей, переходов, сеней, украшенных затейливой художественной резьбой. Поставив себе цель – «…писать архитектуру», Виктор Юрьевич воплощает её в полотнах «Каргопольско-Онежская усадьба. Село Малые Карелы» (2003), «Каргопольский храм в селе Малые Карелы» (2003), «Ветряные мельницы в селе Малые Карелы) (2003), «Храм Дмитрия Солунского в селе Нижняя Увтюга» (2002), «Ветреный день» (2002), «Северо-Двинская деревня» (2003), «У Спасской церкви» (2002), «Троицкий собор села Нёнокса Архангельской области» (2004).

Каменная архитектура «строилась» на холстах глубоко изученной и детально отрисованной: монастырские мощные стены с башнями, купола и звонницы, ступенчатые порталы церквей, крытые галереи, паперти, крыльца. «Старые двери Владимирской церкви Михайло-Архангельского монастыря» (2001), галерея Владимирской надвратной церкви Михайло-Архангельского монастыря в г. Великий Устюг (2001), «Золотые купола Великого Устюга» (2001), «Звонница села Великорецкого. Вечер (2001), «Угловая башня Кирилло-Белозерского монастыря» (2003), «Храм в Кирилло-Белозерском монастыре» (2003), «Старая ограда Благовещенского собора» (2001) – череда цельных натурных архитектурно-живописных пейзажей, написанных грамотно, осмысленно, с полным пониманием назначения, конструктивных особенностей, своеобразия декора, значимости памятников.

Декоративное храмовое убранство церквей – необыкновенно притягательная, но непростая тема. Церковный интерьер сложен для восприятия, тем более для воплощения на холсте. Право работать в храме необходимо заслужить, и В. Ю. Попов им обладал, имея «допуск», скрепленный личной подписью патриарха Московского и всея Руси Алексия II: художнику выпала честь писать портрет святейшего патриарха.

Работу в храме художник тщательно готовил, изучая интерьеры церквей Вятской епархии по дореволюционным фотографиям С. А. Лобовикова (1870–1941) и других фотографов конца XIX – начала XX в., находящимся в разрозненном виде в архивах, музеях, библиотеках, частных коллекциях. Результатом являются произведения: «Интерьер Успенского собора с ракой преподобного Трифона» (2003), «Интерьер Успенского собора. Вятка. (2004), «Своды Успенского собора Свято-Трифонова монастыря. Вятка» (2004), «Трапезная в храме села Истобенское». Помимо вятских церковных интерьеров, к данной теме отнесём полотна: «Интерьер храма Прокопия Устюжского в г. Великий Устюг» (2001), «Интерьер храма Михаила Архангела в г. Великий Устюг» (2001), «Царские врата Благовещенского собора г. Сольвычегодска» (2001), «Интерьер Благовещенского собора г. Сольвычегодска» (2001, 2002).

Исторические картины не пишутся «легко»: воссоздание прошлого – это тяжёлый труд, на который уходят годы. Методика работы художника от замысла до законченной картины в раме включала несколько этапов разработки каждой темы, важнейшими из которых был исследовательский период и экспедиционная работа на натуре.

Каждая поездка заранее планировалась по маршруту и времени. Проводились специализированные поездки, например, в Северодвинск, где Виктор Юрьевич писал с натуры корабли – педантично, со знанием дела: в его архиве выписки из книг по истории отечественного судостроения, зарисовки видов и типов судов с размерами, оснащённостью, проработкой элементов конструкций. Для поездок художник готовил холсты в натуральную величину, возил их с собой и писал на натуре подолгу, мучительно; с полной отдачей вёл поиски совершенного цвета, а потому свои натурные холсты ценил превыше всего. Из обширного списка назовём некоторые из поездок: озеро Байкал, Соловецкие острова и Кижи, города Владимир, Вологда, Великий Устюг, Тотьма, Северодвинск, Сольвычегодск, Ферапонтовский и Кирилло-Белозерский монастыри, село Нёнокса Архангельской области.

В. Ю. Попов. Из архива

Список тем Виктора Юрьевича Попова не ограничивается вышеназванными – мы перечислили лишь основные, однако архив отражает очень широкую сферу интересов художника. В нём есть материалы по вопросам иконописания и иконописных школ, историко-этнографического изучения Вятского края, преданий вятчан и инородцев, описания ярмарок, изучение национальных костюмов, старинных мер измерения. Круг знакомств художника, согласно архивным запискам, включает обширный список имён творческой и научной интеллигенции города и страны: учёных, писателей, художников, искусствоведов, антикваров.

Мы не ставили задачи описания и анализа отдельных произведений, тем более, в целом творчества В. Ю. Попова, принимая во внимание предшествующие обращения искусствоведов к деятельности мастера1. Статья посвящена несколько более узкой, но необычайно интересной задаче: на основе предоставленного наследниками рабочего архива попытаться раскрыть одну из граней творческой личности – его исследовательский дар. Живописец осознавал и культивировал в себе дух исследователя, активный и мощный познавательный интерес. В процессе сопоставления рабочего архива художника и его полотен создаётся ощущение, что ему доставлял огромное удовлетворение сам процесс поиска, и почти никогда до конца не удовлетворял результат – созданное произведение. Объяснение тому простое – процессы познания и творчества неисчерпаемы и бесконечны.

Ценность вклада Виктора Юрьевича Попова в отечественное художественное наследие очевидна – это труд исследователя и произведения серьёзного, глубокого живописца исторической картины Вятки.

Примечания

1 Виктор Попов. Выставка произведений : [буклет] / [вступ. ст. Е. Кириченко].  Киров, 1997. 4 с.; Виктор Попов. Живопись : [альбом] / [вступ. ст. Л. Горюновой].  Киров, 2004. 70 [3] с. : ил. (Художники Вятки).