Утрата друга

Мусихин В.Е

В лице Валентина Дмитриевича мы утратили не просто друга, мы потеряли определённый образ жизни советского провинциального интеллигента, альтруиста по натуре. Чувство сопричастности к земле Вятской реализовалось у него и героев его исторических очерков – земских деятелей, просветителей-подвижников в «теории малых дел». Именно поэтому основу его творчества составляла история провинционализма, «областности». Он был из плеяды тех «Платонов и Невтонов» земли вятской, кем гордился и боготворил и о ком писал.

Валентин Дмитриевич несколько иронично, но в то же время настороженно, относился к «стабильно застойному времени» брежневской эпохи. Для того чтобы выразить свою любовь к истории «места», он использовал культурологический подход, а для критического отображения действительности использовал эзоповский язык, цитаты великих мира. Говоря словами В. Г. Короленко, он писал: «Разве я не собирался окунуться в море народной жизни анонимно и тайно от властей?»

 В. Д. Сергеев. 1955–1956 гг.

Оставаясь по натуре человеком негромким и незаметным, он в своём творчестве не любил яркости, пафоса, крайностей в оценке прошлого и настоящего. Ему как серьёзному исследователю, собирающему «крохи архивные с пожелтевших казённых листов», была свойственна взвешенная, выведенная источниками оценка событий с учётом принципа историзма, а не политической конъюнктуры.

Валентин Дмитриевич, оценивая современность, открыто возмущался опрометчивыми выводами и опрометчивыми суждениями, которые давались людьми, не обременёнными знаниями истории.