Главная > Выпуск №10 > Уездная барышня и её альбом...

Уездная барышня и её альбом

Конечно, вы не раз видали
Уездной барышни альбом,
Что все подружки измарали
С конца, с начала и кругом.
Тут непременно вы найдёте
Два сердца, факел и цветки,
Тут, верно, клятвы вы прочтёте
В любви до гробовой доски.
А. С. Пушкин.
                        Евгений Онегин.

«И прошло это всё, не вернётся назад »
(рукописный альбом Нины Ничипорович)

Т. К. Николаева

Альбом Нины Павловны Ничипорович внешне и на альбом-то не похож. Это одна общая толстая тетрадь и часть другой такой же тетради. Но по содержанию – это типичный девичий альбом, традиционный для девушки, получившей образование в объёме гимназии или средней школы, принадлежащей к семье грамотной, читающей, а в случае с семьей Ничипорович – ещё и поющей. От времени тетрадочки стали рассыпаться на листы. К тому же с годами в них вкладывались отдельные записи со стихами, песнями, вырезки, листки отрывных календарей.

Нина Павловна начала заполнять тетрадь-альбом 22 марта 1928 г., жила она тогда с родителями в с. Старая Рудня (теперь это Белоруссия). На 2-й странице обложки, то есть в качестве заставки приклеена картинка – брат и сестра в обнимку. И тут же то ли название стихотворения, то ли подпись под картинкой: «В счастливые дни», а дальше стихи:

Неужели всю жизнь суждено
                                    мне прожить,
Отдаваясь другим без завета,
Без конца всем безумством любви
                                    их любить
И не встретить ответа?

Есть в альбоме и рисуночки, и следы от переводных картинок, были, видимо, приклеены и засушенные цветы. В конце под пятном от цветов подписано 21 августа 1929 г. в Гомеле: «Цветы, которые были приколоты на груди, когда я была на “Травиате”».

Обычно девичьи альбомы включают разное количество стихов и песен. Одни больше похожи на рукописные песенники, другие – на собрание поздравлений и пожеланий, третьи – на рукописные стихотворные сборники. Всё это есть и в альбоме Нины Ничипорович. Но он явно тяготеет к тем собраниям, которые велись девушками впечатлительными, любящими поэзию. В альбоме очень много стихов и русских классиков, и поэтов, ныне мало известных или почти совсем забытых. Много стихов записано без указания автора.

Вот, например, на первом листе помещено стихотворение К. Случевского и тут же – безымянное:

Я в широкое сбегаю поле,
Где колышется нива кругом.
И обеими буду руками
И цветы, и колосья срывать,
И со всеми своими цветами
Вас скорей побегу поздравлять.
(29 марта 1928 г., с. Старая Рудня).

Ну, и как положено, в начале альбома есть стихотворение Пушкина «Мне вас не жаль, года весны моей…», а следующее «Над Евангелием». Это всё очень характерно для Нины Ничипорович. Она выросла в семье верующей, и сама была глубоко верующей, любила стихи – значит, мимо Пушкина пройти не могла. И всю жизнь очень любила цветы, которые много и любовно выращивала её мать.

Пушкина не так много в альбоме. Есть почти обязательное для таких собраний «Я вас любил…», «Мой голос для тебя…». Стихотворение «Я помню чудное мгновенье…» атрибутировано: «1825 г. 19 июля к А. П. Керн Пушкин».

Вообще же стихов очень много. Есть произведения Потресова, Гурвича, Лермонтова, Бальмонта, Апухтина, А. Толстого, Вейнберга, Антонова, Деревлева, Сурикова, Гофмана, К. Р., Некрасова, Даманской, Майкова, Фофанова, Стоговой, Жуковского, Полонского, Горбановского, Дм. Цензора, Дельвига, Баршева, Галиной, Соборнова, Чюминой, Крылова, Надсона, Ады Негри, Гейне, Львова, Левина, Щепкиной-Куперник и других. Я намеренно перечислила так, как они появились в альбоме, не выделяя авторов выдающихся произведений, потому что записывались они всё-таки не ради самой поэзии, а по созвучию с собственными переживаниями. Например, осенью 1927 г., когда Нина Павловна жила в Ленинграде у сестры, она записала:

И прошло это всё, не вернётся назад,
Сердце радостно больше не бьётся.
Для природы весна возвратится назад,
Для меня же она не вернётся.

Можно понять девушку, выросшую среди цветущей природы, в деревне, попавшую в каменный строгий город в тусклую осень.

В Ленинграде она сильно болела, но это не мешало ей заполнять страницы альбома. Под стихотворением Дельвига подпись: «19.12.1930. Ленинград (первый день, как встала после болезни)».

2006 № 10.jpg

Страницы альбома

Многие стихи подписаны: указана не только дата записи, но и некоторые обстоятельства записи. Под стихотворением «У гроба матери» подписано: «Писала 3-ХII-1927 у Мельниковых в Гомеле, переписала 31.03.1928. Старая Рудня». Таких подписей довольно много. Складывается впечатление, что этот альбом иногда играл роль дневника, что бывает нечасто. Вот ещё запись: «Писала со слов М.В. 16.03.1922. Старая Рудня, переп. 22.03.1930. Новозыбков». Одно из важных качеств таких альбомов – запись произведений со слуха, под диктовку кого-то или так, как запомнилось после чьего-то исполнения. Это даёт возможность по рукописным альбомам проследить, как меняется во времени восприятие того или иного классического или популярного произведения. Именно так, видимо, попали в альбом Ничипорович многие тексты.

В полном соответствии с жанром, есть в альбоме стихи, написанные не самой Ниной Ничипорович, а подаренные ей. Под «Моей песней» («Замучен тяжёлой неволей…») подпись такая: «Написал на память Нине её брат Сергей 19 апреля 1928 г.» Есть и тексты, переделанные для владелицы:

Далеко на синем море
Я построю дом
Из цветных павлиньих перьев
С звёздами кругом.
Вставлю в них ещё сапфиры,
Жемчуг, бирюзу.
Жить туда с собой навеки
Нину увезу.

Некий Борис записал: «Прости, небесное созданье, что я нарушил твой покой». Некто записал шутку:

Что значит: два уха да полное брюхо
Да нет головы под венком.
Молчи, провокатор,
Не наш триумфатор –
Простой самовар с кипятком.

Есть и бродячие из альбома в альбом стишки про любовь, и характерные для предыдущей эпохи стихи о свободолюбии:

Тот, чья жизнь бесполезно разбилася,
Может смертью ещё доказать,
Что в нём сердце не робкое билося,
Что умел он любить и страдать.
Есть и необходимые «мудрые мысли»:
Люби! Бесконечна любовь
Оттого, что и скорбь бесконечна
(Данте);
Какое счастье быть любимым,
Какое счастие любить! (Гёте)

И несколько раз записан фрагмент песни, которую, по воспоминаниям детей, любила мама Нины Ничипорович.

И на шейку твою я одену
Ожерелье из жемчуга слез…

И ещё, видимо, фраза, поразившая Нину красотой: «Поля кипели журавлями…»

И всё же главное в этом альбоме – тексты для пения. Собственно песен немного, больше романсов, есть арии из опер. Сама Нина Павловна с детства любила петь, умела петь, имела хороший голос. В своей рукописной «Автобиографии» она вспоминала о том, как за ней ухаживал её будущий муж: «После знакомства Костя стал почти каждый день приходить ко мне после работы. Иной раз я только успею покушать, слышу его голос: “Соловей дома?” …Я много пела, ему это очень понравилось». В альбом переписаны романсы: «Глядя на луч пурпурного заката…», «Как хороши, как свежи были розы…», «Уймитесь, волнения страсти…», «Милая, ты услышь меня…» и другие.

Альбом очень ярко отражает это увлечение хозяйки. У достаточно большого количества текстов подписан автор музыки: «Взгляд» муз. Верди, «Сонет» муз. Грига, «Грезы» муз. Шумана. Под стихотворением «Мой голос для тебя…» подписано: «Слова Пушкина, муз. Рубинштейна». И те записи, которые можно счесть дневниковыми, тоже отражают главное увлечение Ничипорович. Под стихотворением, которое часто встречается в девичьих альбомах и XIX, и XX века, «Дитя, не тянися весною за розой, розу и летом сорвёшь…» подписано: «Старая Рудня 21 сентября 1929 г. суббота, вечером мы пели».

После приезда в Вятку, после обретения семьи, регулярные альбомные записи, видимо, прекратились. Но потребность записывать друг для друга некие тексты сохранилась и у Нины, и у её подруг. В альбом вложен листочек с записью: «На память Н. П. Песня. «Дай хоть часочек побыть мне с тобой, дай насладиться мне вволю…» 3 ноября 1942 г. Уржум Милович Тамара». Здесь же записан сонет Шекспира, стихи из Ады Негри, Дрожжина. Под стихотворением «Закат погас…» подписано: «Любите книгу, она открывает ум и сердце чувством любви к миру, к человеку». Типичный листок из альбома. Хотя был ли альбом в это время, неизвестно.

Гораздо позже, уже в 60-е годы Нина Павловна Мелькова пыталась продолжить вести рукописный альбом. Во второй тетради первая половина занята адресами, хозяйственными записями и т. п. А в середине снова начали появляться стихи, но уже чаще целыми блоками – видимо, всё же списывались с книг. Здесь подборки стихов и отдельные стихи Тургенева, Фета, Бунина, Есенина, Асадова, Евтушенко. Интересно, что записаны стихи, которые не появлялись в то время в печати. Например, «Письмо Есенина к Демьяну Бедному» или стихотворение Евтушенко «Когда румяный комсомольский вождь на нас, поэтов, кулаком грохочет…»

Есть и тексты популярных песен: «Вот она, милая роща…», «Когда из своей Гаваны…», «Калитка» и другие. Под стихотворением Николая Заболоцкого «Любите живопись, поэты…» подпись: «24 апреля 1980 Каринка». Это последняя дата в альбоме.

В семье Мельковых хранится ещё несколько листков – вернее, несколько пачечек листков из старой тетради, к ним приклеены отдельные листки другого формата. Это всё написано по старой орфографии. Один это альбом или нет – неизвестно. На одном из приклеенных листов есть запись: «Орлов. 31 января 1902 года». Есть ещё две даты: «1901» и «19 июля 1904».

По семейной легенде, это могут быть листки из альбома подруги матери Нины Ничипорович. По сути, эти фрагменты альбома похожи на альбом Нины Павловны. Точно так же записаны стихи самых разных поэтов: Н. Пушкарёва, Льдова, Медведского, Ленского, Авенариуса, Афанасьева, Майкова. Точно так же есть указания на музыкальное исполнение некоторых произведений: «Отзвуки минувшего. Вальс», «Шёпот волны. Вальс Лабади оп. 50», «Романс Лабинского». Конечно, может быть, эти листки не имеют непосредственного отношения к альбому Нины Ничипорович, но то, что он хранится в этой семье, свидетельствует об общности душевной жизни владельцев этих альбомов. Недаром в семье всегда царили любовь и взаимопонимание.